Владимир (Зеэв) Ханин

Палестинская тема на выборах в Кнессет 19-го созыва

Парламентские выборы в Израиле обычно полны больших и малых сюрпризов. Не стала исключением и нынешняя избирательная кампания в преддверии назначенных на 22 января 2013 г. выборов в Кнессет 19-го созыва. На ее старте выяснилось, что впервые за много лет тема взаимоотношений Израиля с палестинскими арабами, которая наряду с другими аспектами арабо-израильского конфликта и связанными с ними сюжетами внешней политики и безопасности традиционно играла роль главного политического водораздела в израильском электорате, сегодня имеет весьма минорное звучание.

Общественное мнение в электоральном контексте

Причины этого явления, в общем, понятны. Сирийский кризис, развитие иранской военной ядерной программы, «арабская весна» в странах Ближнего Востока и Северной Африки, разрушившая привычный баланс сил в регионе и приведшая к власти исламистские режимы с вполне реальной перспективой прихода к власти подобного режима и в палестинском государстве в случае его создания, явно отодвинули палестинский вопрос на периферию общественной повестки дня.
Но самой главной причиной следует все же считать однозначное разочарование подавляющего большинства в израильском обществе результатами идущего с начала 90-х гг. прошлого века палестино-израильского «мирного» (ныне именуемого «политическим») «процесса Осло». Это разочарование резко усилилось в свете избранной лидерами ПНА линии обусловливать продолжение переговоров с Израилем набором иррационально завышенных предварительных условий, априори неприемлемых для израильтян. Мнение, что на «той стороне» у Израиля «нет партнера» по переговорам,утверждается не только среди сторонников «акцентировано правых» партий, что естественно, но и среди избирателей «умеренной» части политического спектра (от левого до правого центра), обычно определяющих судьбу от двух третей до трех четвертей парламентских мандатов, и, соответственно, состав правящей коалиции и личность главы правительства.
А в этом секторе ситуация однозначна: исследование, проведенное по инициативе Иерусалимского центра общественной политики (Jerusalem Center for Public Affairs), показало, что среди сторонников правоцентристских движений 91% потенциальных избирателей объединенного списка правящего Ликуда и «израильской с русским акцентом» партии «Наш дом — Израиль» (НДИ) и 97% избирателей движения сефардов-традиционалистов ШАС не верят в то, что руководство Палестинской автономии по-настоящему готово принять ответственные решения, необходимые для завершения конфликта с Израилем. Еще более показательно, что того же мнения придерживались, соответственно, 57 и 65% избирателей левоцентристских партий — Авода (Партия труда) и «Еш атид» («Есть будущее»). Причем, соответственно, 80 и 62% сторонников этих партий полагали, что ни о каком соглашении с палестинскими лидерами не может быть и речи без признания ими еврейского характера государства Израиль, а это люди Махмуда Аббаса (Абу Мазена) последовательно и категорически отказываются сделать. Наконец, более 70% избирателей правоцентристских партий и примерно половина левоцентристов заявили, что они предпочитают «защищаемые границы» (то есть конфигурацию границ, обеспечивающую необходимый уровень безопасности Израиля, каковыми «зеленая черта», по общему мнению, никак не является) мирному соглашению с палестинской автономией[i].
Иными словами, подавляющее большинство израильтян, перепробовав все способы урегулирования (и разочаровавшись в них) — от переговоров с целью достижения окончательного соглашения «здесь и теперь» и «поэтапных шагов навстречу друг другу» до «одностороннего размежевания» и радикальных силовых вариантов, — сегодня предпочитают скорее «жить с палестинской проблемой», чем ее решать тем или иным образом. И потому палестинская тема закономерно ушла на периферию общественного сознания, уступив место иным сюжетам, в первую очередь социальной и гражданской тематике.
Так, исследование, проведенное по заказу Организации послов Ротшильда и опубликованное 19 декабря с.г. в газете «Маарив», показало, что четыре пятых жителей Израиля считают решение социально-экономических проблем более важным или, как минимум, столь же важным, как и решение проблем в сфере безопасности. (Четверть израильтян, согласно этому опросу, были в наибольшей степени обеспокоены дороговизной товаров и услуг, пятая часть — темой равенства при несении гражданского бремени и примерно по 15% — ценами на жилье и проблемами системы просвещения; далее следовали проблемы занятости, системы здравоохранения и реформы политической системы).

Партийные платформы

Не вызывает удивления, что с учетом подобного настроения электората сформулированы и платформы в отношении «палестино-израильского трека» ведущих израильских партий. Так, премьер-министр Биньямин Нетаньяху и недавно покинувший (как считается, ненадолго) кресло главы МИДа Авигдор Либерман, соответственно возглавляющие идущие на эти выборы одним списком Ликуд и НДИ, формально не отвергая — при наличии «на той стороне» вменяемых партнеров для продуктивных переговоров — идею «двух государств для двух народов», настаивают на сохранении к западу от реки Иордан существующего геополитического статус-кво, коль скоро такие партнеры сегодня отсутствуют. На практике это предполагает укрепление и фактическую аннексию крупных поселенческих блоков, а также выстраивание «особой линии» в отношении режимов в Газе и арабских массивах (в терминологии Либермана, «кантонах») на Западном берегу р. Иордан.
В свою очередь, Яир Лапид — лидер движения «Еш атид», претендующего сегодня на статус очередной «партии центра», которая, как и ее предшественники, пытается привлечь как умеренно левых, так и умеренно правых избирателей, сформулировал свою политическую платформу в довольно обтекаемых, а иногда достаточно противоречивых тонах. Показательно, что свою доктрину в сфере безопасности и разрешения арабо-израильского конфликта Яир Лапид представил в Университетском центре расположенного за «зеленой чертой» г. Ариэль, неофициальной столицы Самарии, к бойкоту культурных, научных и общественных мероприятий в котором (как и в других еврейских населенных пунктах Иудеи и Самарии) постоянно призывают израильские ультралевые политики и интеллектуалы.
В своем выступлении лидер «Еш атид» ожидаемо осудил подобные призывы и заявил, что три основных еврейских поселенческих массива Иудеи и Самарии — район Ариэля, Гуш-Эцион и Маале-Адумим, должны при любом варианте урегулирования остаться внутри государства Израиль. С другой стороны, в явном противоречии с этой декларацией Яир Лапид позже осудил планы правительства относительно строительства жилья в иерусалимском районе Рамат-Шломо, зоне «Е-1» (коридоре, соединяющем Иерусалим с Маале-Адумим) и том же Гуш-Эционе, то есть районах, которые, согласно его же внешнеполитическим декларациям, должны перейти под суверенитет Израиля. А в другом своем выступлении политик «категорически заявил», что «Еш атид» не войдет в правительство, которое не хочет вернуться за стол переговоров с палестинскими арабами. Впрочем, лидер партии пока так и не уточнил, каким же образом он намерен убедить вернуться за этот стол глав ПНА, регулярно отвергающих намного более радикальные, по сравнению с идеями Лапида, предложения и уступки израильтян, а также, говоря о необходимости политического урегулирования, не представил никакого конкретного его плана.
В не менее сложной ситуации оказалась и Шели Яхимович, лидер Партии труда (Авода) — наиболее левой из сионистских фракций «умеренного спектра». С одной стороны, радикально левые убеждения Яхимович, которая и в свою бытность журналистом, и после избрания в кнессет активно критиковала правительства Шарона, Ольмерта и того же Нетаньяху в обе его премьерские каденции за отсутствие готовности идти на кардинальные уступки палестинцам и вести переговоры (причем не только с «умеренным» ООП, но и с исламистским ХАМАСом) на их условиях, хорошо известны. С другой стороны, выиграв 21 сентября с.г. внутрипартийные выборы под обещание «вывести кризиса» эту некогда безраздельно правящую в Израиле партию, Яхимович вполне отдавала себе отчет в том, что это невозможно без возвращения поддержки избирателей из умеренного центра, в глазах которых — как и большинства общества в целом — Авода продолжает идентифицироваться с последствиями инициированного ее лидерами в начале 90-х гг. «процесса Осло». В итоге Яхимович приняла решение сосредоточиться на социально-экономической тематике, обещающей стать «хитом» нынешней избирательной кампании. Одновременно лидеры Аводы тщательно «заметают под ковер» ныне очень неудобный для них сюжет «палестино-израильского мирного процесса» в ответ на требования своих соперников, а также некоторых сторонников высказаться по этой теме, делая общие заявления о необходимости «решения проблемы за столом переговоров исходя из прагматических интересов Израиля».
Несмотря на растущую критику в свой адрес со стороны политических конкурентов в том, что Яхимович «забросила традиционную адженду» Аводы (как это, например, сделал Амрам Мицна — лидер этой партии в 2002-2003 гг. и неудачливый соперник Яхимович на последних праймериз, заявивший в момент своего ухода в «Движение» Ципи Ливни, что это не он покидает свой политический дом, а, наоборот, «дом покинул его»), она пока продолжает делать удивляющие и друзей и врагов декларации. Так, 17 декабря с.г. в интервью Ynet Яхимович утверждала, что «Авода не является и никогда не была левой партией, а, напротив, партией центра, в которой были свои “голуби” и свои “ястребы”». И что ее политические принципы обусловлены прагматизмом, а не какими-то «романтическими мечтами» о мире и партия мало отличается в этом отношении от Ликуда, «так как Биньямин Нетаньяху тоже признает принцип двух государств для двух народов».
В заключение интервью Яхимович окончательно потрясла граждан страны, заявив, что «строительство поселений на Западном берегу вели в основном правительства Аводы (sic!) и потому недопустимо считать поселенцев врагами и не заботиться об их жизненных интересах». Исходя из этого принципа лидер Аводы выступает против урезания финансирования поселений до того момента, как будет достигнуто урегулирование с палестинцами. Что касается предполагаемых границ, то, по мнению Яхимович, поселенческие блоки должны остаться израильской территорией, а вопрос Иерусалима следует решать позже и разделить его по этническим границам: чтобы еврейские кварталы остались в Израиле, а арабские отошли палестинской автономии.
Все это, разумеется, отнюдь не означает, что Авода непременно будет следовать тому же курсу и после выборов. И потому не исключено, что не так уж неправы и те обозреватели, которые считают, что сразу же после выборов 22 января «Шели покажет свою левую сущность» и «отыграется за те месяцы, когда она была вынуждена наступать на горло собственной идеологической песне». Но пока в пропагандистской кампании Аводы тема прорыва на палестино-израильском переговорном треке явно проходит под грифом «почти неактуальной».
Единственным политиком, заявившим претензии на общенациональное руководство, который именно тему палестино-израильского урегулирования поставил во главу своей платформы, стала бывший лидер оппозиции Ципи Ливни. В начале декабря с.г. она объявила о создании новой левоцентристской партии под названием «Движение», немедленно вступившем в борьбу с Аводой и партией «Еш атид» за раздел разваливающегося электората главной оппозиционной партии Кадима, из которой Ливни вышла более полгода назад, проиграв внутрипартийные выборы Шаулю Мофазу. По мнению команды Ливни (к которой присоединились известные своей «глубиной» идеологией бывшие лидеры Аводы Амир Перец и упомянутый Амрам Мицна), возвращение идеи возобновления ближневосточного «мирного процесса» в центр общенациональной повестки дня и, как следствие, изменение акцентов и тематики нынешней избирательной кампании поможет «Движению» переиграть своих левоцентристских конкурентов и выдвинуть Ципи Ливни, как это уже случилось накануне прошлых выборов, в качестве «консенсусной альтернативы» левого лагеря «ястребу» Биньямину Нетаньяху.
Результат этих усилий остается ограниченным, тем более что Ливни на сегодняшний день все еще не представила никакого предметного политического плана. «По умолчанию» предполагается, что ее внешнеполитическая доктрина в основных чертах повторяет предложения, сделанные в 2008 г. Абу Мазену возглавляемым партией Кадима правительством Эхуда Ольмерта, в котором Ципи Ливни занимала пост первого вице-премьера. Эти предложения содержали готовность Израиля в обмен на полное завершение конфликта пойти на кардинальные уступки палестинцам, включая согласие на немедленное создание палестинского государства в границах практически по «зеленой черте» и раздел Иерусалима, но были в очередной раз отвергнуты Абу Мазеном как «недостаточные». Видимо, в том числе и поэтому Ливни пока ограничивается общими декларациями о необходимости дипломатического «прорыва» в переговорном процессе, с тем чтобы избежать «опасного застоя в отношениях» и не довести дело до ситуации, когда единственной, по ее мнению, альтернативой «еврейскому демократическому Израилю» станет «двунациональное государство».

Новые идеи

Что же касается конкретно сформированных идеологических концепций политики Израиля в отношении ПНА, то ими сегодня оперируют партии и политики «второго ряда». На практике таких концепций три.
Первую выдвинула лидер леворадикальной партии Мерец Захава Гальон, соратники которой традиционно возлагают главную вину за провал «мирного процесса» не на палестинцев, а на Израиль, последовательно настаивают на кардинальных уступках ООП и ведении переговоров «без предварительных условий» со всеми палестинскими фракциями, включая террористические движения типа ХАМАСа и «Исламского джихада». Сегодня лидеры Мерец понимают, что переговоры с палестинцами в прежнем формате себя исчерпали, но приходят к выводу, противоположному тем, что делают как лидеры правых партий, так и партнеры-соперники по левому лагерю. На состоявшейся 31 декабря в Тель-Авивском доме журналистов конференции, посвященной «Женевской инициативе»[ii], Захава Гальон, признав, что «бесконечные переговоры провалились», предложила принять новый принцип: «не переговоры, итогом которых должно стать палестинское государство, а палестинское государство как база для начала переговоров». В практическом плане, по мнению Гальон, Израиль должен поддержать в ООН палестинскую инициативу о признании государства, а затем сесть «на равных» за стол переговоров.
Шансов на то, что такую идею можно сегодня «продать» гражданам Израиля, крайне немного. Во всяком случае, уровень поддержки в еврейском секторе и «Женевской инициативы», и идей типа тех, которая была предложена Захавой Гальон, примерно соответствует потенциалу партии Мерец (3–5 из 120 возможных парламентских мандатов) последних десяти лет.
Вторую, явно противоположную точку зрения представил бывший гендиректор Совета поселений Иудеи и Самарии, недавно избранный лидером правой партии религиозных сионистов «Еврейский дом – новый Мафдал» Нафтали Беннет, который отталкивался от опубликованной почти десять лет назад так называемой концепции Совета поселений. Политический план Беннета предлагает распространение израильского суверенитета не на весь Западный берег, как того требует программа еще более правых партий (например, отколовшейся от блока «Национальное единство» фракции «Сила Израиля», фактически — реинкарнация партии Моледет покойного Рехавама Зеэви), а лишь на так называемую зону С. То есть ту примерно половину территории Иудеи и Самарии, которая находится под полным военным и гражданским административным контролем Израиля, где расположены практически все еврейские поселения, и которая также включает критичную в плане безопасности, малонаселенную евреями и практически незаселенную арабами Иорданскую долину.
В итоге к суверенной территории Израиля будет присоединен территориально непрерывный массив за «зеленой чертой», на территории которого проживают порядка 350 тыс. евреев и порядка 50 тыс. арабов, которым план Беннета гарантирует предоставление полных гражданских прав. Причем сделать все это, по мнению авторов плана, следует в одностороннем порядке, не надеясь на согласие лидеров ПНА и несмотря на возможную негативную реакцию «мирового сообщества», которое в любом случае, по мнению сторонников Беннета, проявляет тенденцию поддерживать палестинцев в ущерб интересам Израиля что бы последний ни предпринимал.
Что касается зон А и Б, то есть остальных территорий Западного берега, находящихся сегодня под военным и/или административным контролем ПНА, то они, по плану Беннета, должны получить полную и окончательную автономию. При этом ЦАХАЛ сохраняет общий контроль за ситуацией в области безопасности на всей территории Иудеи и Самарии — переходящей под гражданский суверенитет как Израиля, так и палестинцев. Со своей стороны, Израиль должен осуществить массивные капиталовложения в развитие производственной, транспортной и социальной инфраструктуры Иудеи и Самарии: прокладку скоростных автотрасс, строительство совместных промышленных зон, организацию структур здравоохранения и культуры и в другие, одинаково актуальные для обеих групп населения проекты, которые обеспечат реальное сосуществование евреев и арабов на местности.
Стоит заметить, что план Беннета, в отличие от других вариантов урегулирования, отрицающих полный уход Израиля к так называемым границам 1967 г. (например, Бар-Иланской доктрины Биньямина Нетаньяху), предполагает, что лица, настаивающие на своем отношении к так называемым палестинским беженцами, не получат права на иммиграцию не только внутрь «зеленой черты», но и на территорию Иудеи и Самарии. Что же касается сектора Газа, то в этом пункте концепция Беннета и взгляды Нетаньяху и Либермана практически сходятся: сектор рассматривается как отдельное, не имеющее отношения к ПНА и не обязанное иметь с ней прямой территориальный или транспортный контакт арабское образование, которое постепенно должно быть передано под контроль Египта, что, по мнению Беннета, на практике и имеет место.
Именно этот план является официальной предвыборной платформой объединенного списка партий «Еврейский дом – новый Мафдал» и блока «Национальное единство». И судя по росту рейтинга этого списка с 6-7 мандатов, по итогам выборов 2009 г., до 10–12 мандатов, которые дают ему опросы, имеет определенную популярность не только среди религиозных поселенцев Иудеи и Самарии, но и среди правонастроенных избирателей внутренних районов страны.
Третью идею представил незадолго до голосования по заявке ПНА в ООН адвокат Гилад Шер, бывший начальник канцелярии нынешнего министра обороны Эхуда Барака в его бытность премьер-министром Израиля в 1999-2001 гг. и глава делегации на переговорах с ПНА, ныне — лидер-основатель общественно-политического движения «За сионистское будущее Израиля» (“Blue White Future in Israel”) и один из ведущих экспертов Тель-Авивского института исследований национальной стратегии (INSS).
Именно Гилад Шер вместе с еще одной близкой Бараку политической фигурой — бывшим начальником военной разведки Израиля (АМАН) и в период премьерства Эхуда Барака главой израильской делегации на переговорах с Сирией генералом Ури Саги, был, как считается, автором концепции «односторонних шагов». Эта идея стала набирать популярность в левой и частично центристской части политического спектра страны в свете кризиса инициированных этим лагерем переговоров с ООП по формуле «мир в обмен на территории» в рамках «ословских соглашений». Новый план предполагал односторонний, вне всякой связи с перспективами — точнее, по причине отсутствия таковых — арабо-израильского переговорного процесса, уход Израиля почти со всех «спорных» территорий, включая те, которые были заняты ЦАХАЛом в ходе Шестидневной войны 1967 г. и первой ливанской войны 1982 г. Результатом этой политики, по мнению ее авторов, должно было стать одностороннее установление Израилем «оптимальных» для него в демографическом и военно-стратегическом отношении границ с ПНА и арабским миром. И в сочетании со сдерживающим потенциалом ЦАХАЛа позволило бы ему неопределенно долго поддерживать геополитический баланс и относительно мирное сосуществование с арабскими режимами, выводя «за скобки» их неготовность к признанию Израиля и формальному завершению арабо-израильского конфликта.
Именно в духе этой концепции Эхуд Барак осуществил в мае 2000 г. в одностороннем порядке вывод ЦАХАЛа из «зоны безопасности» в южном Ливане, а сменивший его на посту главы правительства в 2001 г. Ариэль (Арик) Шарон — такой же односторонний уход ЦАХАЛа из Газы и Северной Самарии в 2005 г. Причем в обоих случаях эти действия не были обусловлены ни разоружением и роспуском террористических группировок, ни политическим соглашением с Сирией, Ливаном и ПНА.
Эта концепция, казалось бы, рухнула, когда уступленные без всяких условий ЦАХАЛом территории в южном Ливане и в секторе Газа заняли не «прагматичные и предсказуемые режимы», с которыми пусть и неформально, можно было бы иметь дело, а террористические организации радикальных исламистов — соответственно, «Хизбалла» и ХАМАС, немедленно превратив контролируемые ими районы в плацдармы для непрекращающихся обстрелов населенных пунктов израильского севера и юга. Это в свою очередь стало причиной второй ливанской войны в июле 2006 г. и серии антитеррористических операций ЦАХАЛа в секторе Газа, крупнейшими из которых стали «Литой свинец» в декабре 2009-го и «Облачный столб» в октябре с.г. — весьма обескураживающий результат для тех, кто был уверен, что уход Израиля с уступленных арабам территорий навсегда снимет необходимость таких действий с национальной повестки дня.
На этом тему «односторонних шагов» можно было бы уже окончательно сдавать в архив — как по причине ее полной нерелевантности на уровне общественного мнения израильтян, так и из-за полного отсутствия ожидавшихся политико-дипломатических и экономических дивидендов. (В частности, отсутствие готовности Запада и «умеренных» арабских режимов принять концепцию «окончательности границ», возникших в ходе израильского отступления, а также четко признать, что Израиль, даже «до последнего сантиметра» уйдя с конкретной территории, более не является там «оккупирующей силой» и не несет ответственности за то, что там происходит.)
Тем не менее лидеры умеренно левых и «новых центристов», полагавших, что, с одной стороны, перспективы достичь соглашения об урегулировании с командой Абу Мазена сегодня «стремятся к нулю», но с другой — уверенных, что полный застой в палестино-израильском «мирном процессе» для Израиля также контрпродуктивен, время от времени обсуждали перспективы возвращения к идее «одностороннего размежевания». Например, в виде более сложной многосторонней комбинации в рамках «нового витка» ближневосточной дипломатии с перспективой урегулирования палестинской проблемы в ходе непосредственного диалога с влиятельными арабскими странами через голову ПНА либо какой-то аналогичной идеи. (Последнее по времени заявление такого рода сделал все тот же Эхуд Барак, по мнению которого, если мирные переговоры с палестинцами окажутся безрезультатными, Израиль должен «предпринять практические меры для начала разделения» между двумя народами и в одностороннем порядке покинуть большую часть Западного берега реки Иордан[iii].)
Идея Гилада Шера, в принципе, следует этой же логике, но вносит в нее некоторые нестандартные нюансы. В статье, распространенной Американским еврейским телеграфным агентством[iv], Гилад Шер утверждает следующее. Абу Мазен пообещал, что после повышения ООН статуса ПНА до государства — не члена ООН он начнет новый раунд переговоров с Израилем, не выдвигая в качестве предварительного условия прекращение израильского строительства в Иудее и Самарии, — требование, с которым Израиль категорически не был согласен и который воспринимался там как попытка палестинцев уйти от реальных переговоров. (В скобках заметим, что от этого требования Абу Мазен не отказался и после голосования в ООН.) С другой стороны, тема иранской военной ядерной программы отодвинула палестинский вопрос на периферию ближневосточной повестки дня мирового сообщества.
Поэтому, по мнению Гилада Шера, есть необходимость в новом подходе, который дал бы сторонам ощущение прогресса и надежды и позволил бы, не добиваясь [невозможного на этом этапе] окончательного урегулирования, предложить комплекс промежуточных договоренностей и частичных шагов, по модели «то, что договорено, должно быть реализовано» вместо прежнего «ничего не решено, пока обо всем не договорено». Такими шагами, как утверждает Шер, могут стать согласованные «конструктивные односторонние действия» израильтян и/или палестинцев, которые постепенно снимут напряженность и создадут «реальность двух государств».
В соответствии с таким пониманием Израиль должен прекратить строительную активность в поселениях к востоку от «забора безопасности» и в арабских кварталах Восточного Иерусалима, предложив живущим в этих районах 100 тыс. своих граждан компенсацию и возможность добровольно переселиться либо внутрь «зеленой черты» или в еврейские пригороды Иерусалима, либо в поселенческие блоки между этой чертой и забором безопасности. То есть в районы, на которые при любом варианте окончательного урегулирования будет распространен израильский суверенитет, где поэтому строительство, наоборот, должно продолжаться и где сегодня живут более 80% еврейских поселенцев. Жители еврейских поселков за стеной безопасности не будут, по плану Шера, в отличие от того, как Шарон поступил с евреями Газы и Северной Самарии в 2005 г., эвакуироваться силой, а на длительный переходный период останутся под суверенитетом ПНА, но при этом — под защитой ЦАХАЛа, который в случае установления в этих районах «удовлетворяющего обе стороны уровня безопасности» будет заменен международными силами.
Со своей стороны, Израиль должен не противодействовать односторонним шагам палестинцев в ООН, а, напротив, стремиться извлечь из них максимальную пользу в рамках процесса размежевания и формирования «устойчивого и ответственного» палестинского руководства. А уже после этого можно будет формализовать эту реальность за столом переговоров в виде соглашения на основе границ 1967 г. с передачей палестинскому государству в обмен на территории «поселенческих блоков», аналогичных по площади территориям внутри «зеленой черты», которые будут присоединены к Израилю.
С высокой степенью вероятности план Гидада Шера мог бы стать официальной программой партии Эхуда Барака Ацмаут (Независимость), образованной в январе 2011 г. на базе «центристской фракции», отколовшейся тогда же от Аводы. Однако декларированный Бараком уход из политики после выборов 2013 г. и негативные электоральные прогнозы вынудили лидеров этой партии принять решение о выходе из выборной гонки. Соавтор Шера, генерал-майор запаса Ури Саги, в октябре с.г. присоединившийся к партии труда, теоретически как человек, которому предполагалось поручить разработку концепции партии в вопросах безопасности, мог в этом смысле повлиять на ее политическую стратегию. Но буквально две недели спустя, сославшись на «состояние здоровья и семейные обстоятельства», заявил об отказе баллотироваться в предвыборный список Аводы (обозреватели полагают, что истинной причиной был личный конфликт с Шели Яхимович).
Таким образом, в отличие от остальных представленных здесь концепций план Гидада Шера не стал официальной платформой ни одной из участвующих в выборах израильских партий. Он вряд ли имеет сегодня заметный «рынок» и на уровне общественного мнения в целом. Но не исключено, что как в ходе нынешней избирательной кампании, так и после выборов этот план вновь может стать востребован теми или иными политическими фракциями «новых центристов».

Выводы

Делая общий вывод, можно заметить, что в платформах израильских политиков и партий на «палестино-израильском треке» присутствуют все те же три опции, которые впервые возникли летом 2005 г. после одностороннего ухода ЦАХАЛа и вывода еврейских поселений из сектора Газа и Северной Самарии. А именно: сохранить, с теми или иными вариациями, нынешний расклад; вести с палестинцами переговоры на продиктованных «извне» (американцами, европейцами, «ближневосточной четверкой» или Арабской лигой) условиях; или же осуществить еще одну серию односторонних шагов.
Как можно заметить, первая опция — сохранение существующего геополитического статус-кво к западу от реки Иордан — де-факто принята на вооружение партиями, имеющими хороший шанс образовать ядро будущей правящей коалиции и после выборов 2013 г. И она же, судя по опросам общественного мнения, пока устаивает большинство израильтян. Вторая опция имеет намного более минорное звучание на уровне общественного мнения и является политической платформой партий, которые и в следующей каденции с высокой степенью вероятности останутся в оппозиции, если только в Израиле и вокруг него не произойдут драматические изменения, которые решительно изменят нынешний политический расклад.
В свою очередь, концепция «односторонности», которая в последние полгода-год получила второе дыхание в лице новых концепций, появившихся на израильском политическом рынке, предлагает разные варианты «урегулирования» де-факто, вопреки соглашениям Осло и вне прежнего понимания палестино-израильского переговорного процесса. На крайнем левом фланге она понимается как поддержка односторонних шагов ПНА вне контекста прежних договоренностей с Израилем на пути к созданию палестинского государства как новой дипломатической реальности, с которой Израилю можно и нужно будет иметь дело. На противоположном фланге речь идет об одностороннем распространении суверенитета Израиля на некоторую или большую часть Иудеи и Самарии с соблюдением условий по сохранению национального характера еврейского государства. Наконец, в «новом идеологическом центре» политического спектра концепция «односторонности» обсуждается как серия независимых от противоположной стороны, но формально или неофициально скоординированных шагов израильтян и палестинцев. В конце концов, эти шаги приведут к относительно приемлемой для каждой из сторон конфигурации «фактов на местности», опираясь на которые можно будет вернуться в контекст «окончательного урегулирования».
Все эти группы концепций сегодня имеют различный уровень связи с реальностью, и как бы то ни было, в конечном итоге именно израильскому избирателю предстоит взвесить все эти обстоятельства, когда он будет решать, за какую партию он отдаст свой голос на выборах уже  через месяц.
-----------------------------------------
[i]           Jonathan Lis. Poll: 67% of centrist Israelis wouldn’t elect party that splits Jerusalem// Ha’aretz, 18 December, 2012.

[ii]          «Женевская инициатива», выдвинутая в 2002 г. тогдашним лидером партии Мерец Йоси Бейлиным совместно с палестинским политиком Ясиром Абд-Рабо, предполагает переговоры «без предварительных условий» с любым палестинским руководством на основе идеи «двух государств для двух народов», почти полный уход Израиля к «границам 1948 года», согласие с идеей возвращения «палестинских беженцев» внутрь «зеленой черты» и раздел Иерусалима.

[iii]          Подробнее об этом см.: Владимир (Зеэв) Ханин. Израиль: возможно ли «третье пришествие» Эхуда Барака? /Институт Ближнего Востока, 8 октября 2012.

[iv]          Gilead Sher. Op-Ed: Steps Israel should take to control its destiny // JTA,            October 11, 2012.

«ИБВ», 24.12.2012

Д-р Владимир (Зеэв) Ханин - сотрудник отделения политологии Университета Бар-Илан, политический комментатор радио «Голос Израиля» и телеканала "Израиль плюс". Занимает должность главного ученого министерства абсорбции.


  • Другие статьи Зеева Ханина
  •   
    Статьи
    Фотографии
    Ссылки
    Наши авторы
    Музы не молчат
    Библиотека
    Архив
    Наши линки
    Для печати
    Поиск по сайту:

    Подписка:

    Наш e-mail
      

    TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


    Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria