Д-р Владимир (Зеэв) Ханин

Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что

Предвыборные сюжеты в идеологии и риторике израильских партий


Сюжет первый: безопасные границы

В Израиле набирает темп избирательная кампания. В то время как на ее предыдущем этапе акцент делался на сюжеты, связанные с формированием партийных избирательных списков и позиционированием лидеров, на этом, "официальном" этапе на первый план выходят партийные платфромы. Партии, однако, оперируют не столько идеологиями – их эпоха в Израиле, как и во всем западном мире, судя по всему, прошла - сколько набором тех или иных электоральных символов. Эти символы касаются трех основных тем нынешней избирательной кампании.
Первая - это проблемы безопасность и определение оптимальных границ Израиля. Вторая (по счету, но не позначению) - социально-экономическая политика и защита малообеспеченных слоев населения. Третья - это вопросы политического, экономического и социокультурного статуса различных этнических групп и субэтнических общин, которая, в отличие от предыдущих выборов, на этот раз сцеплена не столько с религиозно-гражданской, сколько с социально-экономической проблематикой. Связанные с этими темами лозунги и символы в их разных сочетаниях и образуют электоральные платформы израильских партий, которые по ходу кампании делаю акценты на тех или иных сюжетах в зависимости от изменяющейся ситуации.

Все думали - "мас", а это - ХАМАС

Первую такую коррекцию платформ лидеры партий вынуждены были сделать почти сразу после их опубликования. На состоявшихся 25 января 2006 г. выборах в Законодательное собрание ПНА абсолютную победу одержала исламская фундаменталистская террористическая организация "ХАМАС" - движение, неготовое к компромиссам и делающее абсолютную ставку на силовое решение всех конфликтов. Лишь наиболее "умеренные" ее лидеры готовы согласиться на существование Израиля только внутри "Зеленой черты" и без Иерусалима, причем исключительно как временный этап на пути к его полному уничтожению.
Реакция Израиля была ожидаемой: министр обороны Шауль Мофаз буквально сразу же после оглашения результатов выборов в ПА заявил, что "мандат депутата не сделает неприкосновенными организаторов и исполнителей терактов"; руководители силовых ведомств Израиля отметили что новоизбранным палестинским депутатам из группировки ХАМАС, не будет позволено свободно передвигаться между сектором Газа и Западным берегом; а 30 января 2006 г. и.о. Премьер-министра Ольмерт заявил, что Израиль (как и западные страны) замораживает перевод ПНА всех субсидий и финансовых отчислений, состтавляющих львиную долю бюджета автономии. (Впрочем, через несколько дней Глава израильского МИД Ципи Ливни признала, что под международным давлением и из соображений опасности коллапса палестинской экономики Израиль, все же готов перевести 50–60 млн. долларов для выплаты зарплаты служащим ПА).
Вместе с тем, разброс в нюансах в отношении к проблеме в условиях набирающей силу в Израиле избирательной кампании столь велик, что говорить о единой согласованной позиции Израиля в отношении "новой палестинской реальности" пока трудно.

Платформа "левых"

Представители крайне левого лагеря - партия Мерец/Яхад, леворадикальные движения типа "Мир сегодня" и их партнеры из числа израильских арабов привычно возложили ответственность за случившееся на политику партий, входивших в 2005 г. в правительство национального единства, и, особенно, на лагеря Шарона в Ликуде и Переса в Аводе, которые образовывали сначала неформальную, а после образования "Кадимы" - и официальную "партию власти". Лидеры этих партий были обвинены в том, что проведенное правительством Шарона в августе 2005 г. "одностороннее размежевание" (вывод еврейских поселений из Газы и Северной Самарии) было недостаточным и запоздалым; в том, что они не желали видеть в Абу-Мазене полноценного партнера и неоказали ему нужной поддержки: политической (включая освобождение из израильских тюрем всех, кого Абу-Мазен требовал отпустить, включая арабских террористов "с еврейской кровью на руках"), военной (предоставление "палестинской полиции" необходимого числа вооружений, в том числе тяжелых) и дипломатической (которая, с точки зрения этого лагеря, строилась на ошибочной концепции "отсутствия у Израиля партнера на арабо-палестинской стороне").
Таким образом, с точки зрения крайне левого лагеря, приход к власти "ХАМАСа" - результат недостаточных усилий на путях поиска согласия с "умеренными палестинскими арабами" и недостаточных уступок на пути к мирному соглашению в духе "Женевской инициативы". Лидеры этого лагеря, прежде всего руководство партии Мерец, готовы отстаиваить идею создания палестинского государства, даже если во главе его будут стоять хамасовцы, и готовы на переговоры с ними без предварительных условий. Еще дальше пошли представители арабских партий, которые утверждают, что "ХАМАС" в ПА аналогичен Шарону в Израиле, и способен "твердой рукой" осуществить "нелегкие шаги на пути к миру".
Трудно сомневаться, что израильские "левые" будут жадно вылавливать любые заявления лидеров "ХАМАСа", которые хоть как-то можно будет трактовать как "умеренные" и пропогандировать их на всех форумах, как признаки желанной "нормализации" и "политизации" этой структуры.

Платформы "правых"

Представители правого лагеря, включая блок "Национальное Единство", партию религиозных сионистов МАФДАЛ, "русскую правую" партию "Наш Дом - Израиль" А. Либермана, а также "идеологические правые" фракции Ликуда, равно как и правые непартийные организации разгромленного Шароном "оранжевого движения" посчитали произошедшее прямым следствием размежевания. С точки зрения этих лидеров, односторонний уход из Газы и Северной Самарии был стратегическим просчетом израильского руководства. "Отступление под огнем" резко повысило мотивацию террористических организаций, дало сильные аргументы тем арабским лидерам, которые утверждают, что "сионисты понимают только язык силы" и одновременно подорвало позиции сторонников умерености и компромисса. Кроме того, контроль над Газой дает ХАМАСу и другим террористическим организациям возможность восстановить свою уже почти полностью разгромленную инфраструктуру.
Правые подчеркивают, что сектор Газы, после ухода из него еврейских поселенцев и ЦАХАЛа, стал наводняться оружием и боевиками радикальных исламских структур через практически бесконтрольную (в свете последовавших из логики "размежевания" соглашений) границу с Египтом. Лидеры правых партий, в частности, ссысаются на заявления израильских официальных лиц, согласно которым, через Синай в Газу прибыли многочисленные "инструкторы", прошедшие подготовку в лагерях по подготовке террористов, которые содержат Иран и ливанская Хизбалла, а количества доставленного в сектор оружия (включая и те его виды, которых раньше у палестинцев не было) достаточно для укомплектования "трех армейских бригад полного состава".
В случившемся, по мнению правых, виноват и режим Абу-Мазена, который использовал деятельность радикальных группировок в своих интересах, в лучшем случае, не вмешиваясь, а в худшем - поощряя их. Следовательно, создавать, по мнеию правых, палестинское государство – это способствовать созданию террористического анклава, и потому дальнейшее сотрудничество с ПНА в любом его варианте не имеет смысла. Равным образом бессмыслены, по мнению представителей правого лагеря, и любые односторонние шаги Израиля по сокращению территории, находящейся под его контролем, ибо пункты, откуда уходит армия мгновенно превращаются в оперативную базу для террористов. (Это, тем не менее, вероятно не означает непременной ревизии части тех шагов, которые уже были сделаны правительством в рамках плана "одностороннего отделения")
Соответственно, очевидная линия правого лагеря - отказ от проектов, построенных на принципе "мир в обмен на территории" (включая планы типа бушевской "ДК") в силу их явной нерелевантности текущему моменту, расширение антитеррористических операций и сохранение геополитического статус-кво в среднесрочной, а возможно и долгосрочной перспективе. Исключением является позиция НДИ, которая в качестве своей официальной платфрмы приняла т.н. "план одностороннего отделения от Ум-эль-Фахма" (идея Киссинджера-Либермана о передаче ПНА городов "треугольника", населенных израильскими арабами в обмен на территории еврейских поселений в Иуде и Самарии). Кроме того, имеется план Совета поселений, который предполагает одностороннюю аннексию тех территорий Иудеи и Самарии, на которых находся все еврейские поселения (с предоставлением гражданства примерно 300,000 арабам, которые также проживают на этих терроториях) и передаче остальных территоритй под контроль неназванного "отвентственного арабского режима"

Платформы "умеренных"

Лидеры партий, претендующие на руковоство правительством после завершения намеченных на март выборов в Кнессет - левоцентристская Авода, "центристская" Кадима и правоцентристский Ликуд, хотя и охотно рассуждают на тему "кто виноват", сосредоточились в основном на вопросе "что делать". Очевидно, что победа "ХАМАСа" на выборах в ПА заставила внести новые акценты в опубликованные на прошлой неделе предвыборные платформы этих партий. Обнародованная 22 января официальная политическая программа избранного в октябре 2005 г. лидером партии Авода Амира Переца следует линии "новых левых" (в свое время инициировавших признание Израилем ООП и подписание с ним соглашений в Осло) и включает возобновление переговорного процесса с палестинскими арабами на основе идеи "двух государств для двух народов" со столицами в разделенном Иерусалиме. Попытки примирить эти лозунги в стиле Осло и Женевы с новой политической реальностью - ростом активности террористических структур после "размежевания" уже стоили Аводе немалых электоральных потерь.
Заявления Переца о том, что "единственная война, которая нужна Израилю это "война за мир", высказывания в стиле того что "только истинные приверженцы мира имеют моральное право на жесткие удары по террористам", или предложение взять расположенные за "зеленой чертой" города Маале-Адумим и Ариэль и блок поселений Гуш-Эцион в "аренду" у будущего палестинского государства по "гонконгской модели" вызвали скорее недоумение, чем веру в наличие у Переца адекватного понимания проблемы безопасности. В итоге он явно стремится "замести под ковер" эту невыигрышную для него тему и сосредоточиться на продвижении идеи "социальной революции" (защиты малообеспеченных слоев населения, пострадавших от экономических реформ Нетаниягу), которая, как раз с подачи А. Переца обещала стать "хитом" нынешней избирательной кампании. Впрочем, и на этом поле Авода пока не слишком преуспела: вначале у Переца созданием Кадимы "украл представление" Шарон, и вот теперь - "ХАМАС" своей победой на выборах.
В свою очередь, лидер партии Ликуд Биньямин (Биби) Нетаниягу, как и сторонники лагеря "максималистов" уверен, что создание "Хамастана" – результат политики односторонних шагов. Программа в сфере безопасности, которую предложил Биби после возвращения к руководству Ликудом, включала требования мер жесткого политического, дипломатического и военного давления на ПА и структуры террористов. Например, сторонник Биби, председатель комиссии Кнессета по иностранным делам и обороне проф. Юваль Штайниц предложил в ответ на каждый "касам" из Газы прекращать на час подачу туда электроэнергии, которую, кстати, производит все та же, обстреливаемая террористами Ашкелонская электростанция. Со своей стороны, 9 января 2006 г. Биньямин Нетаниягу подверг резкой критике решение правительства разрешить "предвыборную агитацию" в восточных (преимущественно арабских) кварталах Иерусалима кандидатам в Законодательное собрание ПА. По мнению Нетаниягу, речь шла об "опасном прецеденте", который вредит статусу города как единой и неделимой столицы Израиля.
Однако, в отличие от "максималистов", Нетаниягу не призывает к ревизии предпринятых в ходе одностороннего отступления шагов и не отвергает принципа "мир в обмен на территории" Озвученная им 22 января 2006 г. предвыборная платформа Ликуда, при отказе от идеи возвращ¬ения к границам 1967 г. и односторонних отступлений (лозунг "нет награды террористам"), включает возможность возобновления переговоров о постоянном урегулировании, в случае, наличия "партнера, не приемлющего террор и идею уничтожения Государства Израиля" и готовность пойти на "болезненные территориальные уступки" в рамках мирных соглашений. Не случайно, что в качестве реверанса в сторону "умеренного центра" Нетаниягу, представляя свою программу, заявил, что в случае победы на выборах, он уничтожит "нелегальные форпосты" в Иудее и Самарии, сократит количество армейских блокпостов и будет способствовать "решению проблем арабского населения" Западного Берега
Политический кризис, связанный с приходом в ПА к власти исламистов, похоже, сделал малорелевантным и обещание Переца в случае прихода Аводы к власти в течение года заключить с палестинцами соглашение о постоянном урегулировании, и требование Биби отказаться от одностороннего размежевания в пользу "правильных" (т.е, обеспечивающих безопасность Израиля в обмен на территориальный компромисс) соглашений. И Авода, и Ликуд, по крайней мере пока ситуация остается неопределеной, неизбежно будут смещать акценты в сторону другой возможности, которая содержится в их платформах - дальнейших одностронних шагов. Эти шаги лидеры партий, впрочем, намерены направить в разные стороны. Если Перец требует завершить строительство разделительного забора, максимально приблизив его трассу к "зеленой черте", и ликвидировать остающиеся за забором еврейские поселения, то Биби провозглашает необходимость переноса забора на восток, к изначально намеченной трассе (правда, не объясняя, как он сумеет избежать международной критики такого шага) и отказа от "услуг" египтян в деле контроля за южной границей.
Есть, однако, основания предполагать, что лидеры Аводы и Ликуда, в случае своего участия в будущем правительстве, предпочтут односторонним шагам возобновление политического процесса, если для этого представится минимальная возможность. Так, уже сейчас Перец видит возможные односторонние шаги не как альтернативу политическому процессy, а как способ его продвижения. Биби пока не высказался по этому поводу, но его стратегическая линия вряд-ли фундаментально иная. Так, по данным прессы, из платформы Ликуда, будет, видимо, исключен пункт о недопустимости создания независимого палестинского государства.
Именно поэтому знакомство с предложенными лозунгами Аводы и Ликуда вызывает стойкое ощущение "дежа вю": и Биби, с его заявлениями в стиле его же программы "Алон плюс" образца 1998 г., и Перец, материализующий уже почти забытый дух Осло, явно возвращают свои партии к идеям десятилетней давности. Пока же идет избирательная кампания, лидеры обеих партий будут наращивать критику единственной оставшейся в правительстве партии - Кадимы - за соответственно, "черезмерную" и "недостаточную" жесткость ее линии в отношении бывшей и новой палестинской администрации.
При этом позиция самой Кадимы пока еще не устоялась. Шарон, в период между завершением операции по уходу из Газы и госпитализацией, напротив, демонстрировал заинтересованность в некоторой "контролируемой напряженности" в отношениях с палестинскими структурами, которая позволит ему проводить ограниченные военные операции и демонстрировать "твердую руку битхониста", одновременно, убеждая общественность, что строительство "забора безопасности" и особенно "одностороннее отделение от Газы" резко повысило политические и технические возможности Израиля в деле обеспечения безопасности. (Главный – теперь уже отставной – пиарщик Аводы Моти Морель, с подачи которого Перец и сосредоточился на теме социальной справедливости, заявил, что Шарон и Мофаз нарочно разжигают конфликт, чтобы на первое место вернулась тема безопасности)
В первые недели после ухода А. Шарона лидеры "Кадимы" даже не пытались скорректировать эту линию, изо всех сил делая вид, что ситуация находится под контролем. Так, министр обороны Шауль Мофаз во время посещения военных баз в Самарии в конце декабря 2005 г. заявил, что Израиль не планирует проведения наземной операции в секторе Газы, ибо "безопасность после размежевания улучшилась», а 8 января 2006 г. заявил: "израильскому народу не стоит беспокоиться за положение в сфере безопасности. Единственное, за что стоит беспокоиться израильскому народу – это за состояние здоровья Ариэля Шарона".
Противники Кадимы не применули обратить внимание на то, что теракты в Нетании и Тель-Авиве, которые были произведены террористами, пришедшими из-за "забора безопасности", запуски ракет "Касам" по промзоне г. Ашкелона из развалин еврейских поселений Дугит и Алей Синай (в сущности, дальних южных пригородов Ашкелона) на севере сектора Газы, и попытки запуска ракет с районов вокруг Дженина в Самарии, уже поставили под сомнение эту доктрину. Однако приход к власти в ПА ХАМАСа явно потребует принципиально новых выводов и акцентов. Формальной внешнеполитической платформой партии, тем не менее, остается все та же "Дорожная карта" (с "14 поправками Шарона"). В соответствии с ее духом, в опубликованной 25 января платформе партии утверждается предпочтительность постоянного урегулирования на основе two-states solution. Непременным условием такого соглашения должно стать разоружение всех террористических организаций, установление "законности и порядка на территориях", реформы систем власти, финансов и безопасности в ПА и прекращение подстрекательства и воспитания враждебности по отношению к Израилю.
В случае невыполнения этих условий Э. Ольмерт провозгласил готовность Израиля "обеспечить израильские интересы любым путем". Очевидно, что лидер Кадимы имел в виду односторонние шаги. В какую сторону?
Судя по герцелийской речи Э. Ольмерта, речь идет об определении оптимальных (в понимании лидеров Кадимы) границ государства Израиль, отражающих "создавшуюся демографическую реальность", обеспечивющих еврейское большинство в Израиле и его физическое отделение от палестинского населения Иудеи, Самарии и сектора Газа. Реализация этих планов, по мнению Ольмерта, "обязывает поступиться частями Эрец-Исраэль", и делает очень вероятным новый этап одностороннего отступления, в ходе которого "незаконные форпосты" - и, надо полагать - немалая чать "законных поселений" - будут ликвидированы. Крайне жесткие действия полиции по ликвидации поселка Амона в Самарии показывает, что праветельство Ольмерта готово зайти на этом пути достаточно далеко. Израилю, тем не менее, по мнению лидеров Кадимы, следует сохранить за собой зоны безопасности, поселенческие анклавы, а также места, представляющие особую значимость для еврейского народа, и в первую очередь – Иерусалим как свою единую и неделимую столицу.
Именно эта стратегия, вытекающая из видения Ариэля Шарона, представляется оставшимся у руля лидерам его осиротевшей партии наиболее приемлемой. Как способ "продать" эту идею избирателям, лидеры Кадимы в последние недели явно пытались перевести дискуссию о безопасности с палестинского на иранское поле. Ольмерт здесь ведет себя как верный ученик Шарона, который пытался поставить концепцию "одностороннего отделения" в контекст необходимости решения намного более глобальной проблемы - ликвидации стратегической угрозы существованию Израиля со стороны Ирана (Палестинская администрация или даже исламские террор такой угорозы, по мнению Шарона, не представляют). В этом контексте любые односторонние шаги и даже уступки палестинцам могут выглядеть разумными и умеренными. Приход к власти в ПА ХАМАСа, подкрепляя идею "отсутствия партнера", дает в руки команды Ольмерта прекрасный повод для реализации этого проекта. Согласно публикации в газете "Хаарец", министр обороны Шауль Мофаз уже заявил, что электоральная победа ХАМАСа дает Израилю "стимул для принятия решения в пользу отступления с Западного берега. Если партнер для переговоров не появится на арабской стороне в течение ближайшего года, Израилю придется установить для себя новые, защищаемые границы".

Что дальше?

Что касается практических действий Израиля в контесте прихода в ПА к власти "Хамаса", то они во многом будут зависеть от развития ситуации по ту сторону "забора безопасности". В завистмости от нее, Израиль либо (1) будет готов вернуться на трек переговоров об окончательном урегулировании на основе идеи "два государства для двух народов", либо (2) введет режим военной, политической, финансово-экономической и гуманитарной изоляции населенных палестинцами территорий, либо (3) не решаясь полностью демонтировать палестинскую автономию, будет предпринимать политико-дипломатические демарши, которые будут перемежаться ограниченными военными операциями и, возможно, новыми односторонними шагами.
Впрочем, определяться со стратегией в случае развития событий по этим или другим сценариям Израиль будет уже после выборов, в зависимости от того какое коалиционное правительство придет к власти - "правоцентристское" (Ликуд-Кадима-правые партии), "левоцентристское" (Кадима-Авода-религиозные партии и/или Мерец), или "правительство национального единства" (Авода-Ликуд-Кадима).

Сюжет второй: Социально-экономическая политика

В четверг, 9 февраля 2006 г. Центральная избирательная комиссия завершила прием партийных списков для выборов в Кнессет 17-го созыва. Таких набралось в общей сложности около 30, но лишь примерно треть из них, по опросам, смогут набрать более 70-80 тысяч голосов и преодолеть 2% электоральный барьер. Успех партий будет, очевидно, зависеть от того, насколько эффективно они смогут "продать" электорату свои платфрмы и символы, связанные с основными темами нынешней избирательной кампании, заметное место среди чего занимает вопрос социально-экономической политики и социальной подержки населения.

Авода

На первый взгляд, здесь лидирует новый глава Партии труда, бывший Президент Гистадрута Амир Перец, с подачи которого тема борьбы с бедностью и социальной справедливости и стала одним из "главных хитов" нынешней избирательной кампании. Как казалось в начале, Перец появился на политической арене страны с этой темой в "нужном месте в нужное время". С одной стороны, к началу 2005 г. стало ясно, что программа экономических реформ, которую проводил в 2003-2004 гг. министр финансов Биньямин Нетаниягу, дала первые плоды – израильская экономика перешла от экономического спада к наиболее внушительному в группе западных стран 5.2 проценому росту ВВП при минимальной инфляции и малодефицитном бюджете, с 11 до 9% упала безработица, заметно выросло общественное потребление, а oбщий объем иностранных инвестиций в израильскую экономику в 2005 г. превысил шесть миллиардов долларов. В этих условиях требование Переца радикально повысить социальные выплаты малообеспеченным слоям населения уже не выглядело совсем уж безответственным популизмом. С другой строны, "травма" от болезненных сокращений и "шоковой терапии" израильской экономики была еще вполне свежа для того чтобы принести плоды на социальном поле. Лозунг борьбы за социальное равенство был в очередной раз озвучен Перецом в качестве официальной платформы партии, на конференции Аводы в Биньяней ха-ума в Иерусалиме. Перец пообещал повысить минимальную зарплату до 1,000 дол. в месяц, закрыть компании по найму рабочей силы, пересмотреть стратегию приватизации и ввести обязательное пенсионное обеспечение граждан.
Однако, как казалось, беспроигрышно взятая лидером Аводы линия критики "свинского капитализма" Нетаниягу почти сразу стала давать сильные сбои. Во-первых, Шарон, создав Кадиму, успел перехватить у Переца инициативу и переключить общественое внимание на свою новую партию. Во-вторых, социально-популистская программа Переца в сочетании с его внешнеполитическими лозунгами в стиле Осло и Женевы вызвала очевидный отток традиционных умеренно-левых избирателей партии из числа ашкеназского среднего класса, многие из которых, вслед за проигравшим в Аводе выборы Перецу Шимоном Пересом, сдвинулись в сторону "Кадимы". Согласно результатам заказанного Партией труда еще до госпитализации Шарона "внутреннего опроса", около 40% избирателей, которые проголосовали за эту партию на выборах 2003 г., не собираются голосовать за нее на следующих выборах. Наибольшее разочарование среди традиционных избирателей Аводы проявили израильские пенсионеры, которые могут «отнять» у партии Амира Переца, по данным опроса, до трех мандатов. Среди партий, которые собирались предпочесть на новых выборах разочаровавшиеся избиратели Аводы лидировала "Кадима".
В итоге Перец вынужден был несколько переориентировать свою политическую пропаганду в сторону центра, равно как и дезавуировать свои наиболее радикальные антирыночные заявления. По словам главной "экономической звезды" Аводы профессора Авишая Бравермана, партия не намерена возвращать экономику под эгиду правительства, а, напротив, выступает за интенсивное развитие свободных экономических отношений и конкуренцию. Соответственно, минимальная зарплата будет подниматься постепенно, ее первое увеличение составит 500 шекелей в месяц, а дефицит государственного бюджета будет составлять не более 3% от национального валового продукта. В опубликованной платформе Аводы также содержатся реверансы в сторону среднего класса, включая обязательства развернуть "войну против коррупции", а также усилить систему просвещения. С целью вернуть популярность среди отвернувшихся от нее избирателей-ашкеназов с высшим образованием Авода пообещала в случае своего прихода к власти увеличить ассигнования на культуру и искусства в шесть раз и сделать эти сферы более доступными всем слоям.
Все же главные надежды на компенсацию электоральных потерь политехнологи Аводы связывали с традиционными избирателями Ликуда из городов развития и неблагополучных столичных кварталов, в массе своей сефардского происхождения (как и сам выходец из Марокко Амир Перец), которым, в сущности, и была обращена "социальная" пропаганда штаба лидера Аводы. Дополнительные голоса Перец расчитывали получить, обращаясь к группам, которые по статистике занимают 3/4 той части населения, официальные доходы которых находятся ниже черты бедности - пенсионерам-репатриантам из СССР/СНГ, арабам и ашкеназам-ультраортодоксам. Как символ солидарности с этими группами А. Перец взялся за изучение русского языка, пообещал ввести в свое будущее праительство министров-арабов, а на одном из массовых митингов Перец демонстративно надел черную кипу. Кроме того, примкнувшая к нему известная своими левоорадикальными и антиклерикальными взглядами популярная журналистка Шели Яхимович сделала несколько нашумевших заявлений о том, что ультрарелигиозные граждане являются "угнетенным меньшинством".
Успех этой линии, в прочем, остается пока минимальным – представители этих слоев, по опросам, все еще предпочитают Кадиму, Ликуд и свои секторальные партии.

Ликуд

Что касается лидера Ликуда, то его раскручиваемая оппонентами тема бедности в Израиле ставит в крайне непростое положение. Критика социальных последствий рыночных реформ ашкеназа и "капиталиста-рыночника" Нетаниягу усилилась после его победы на праймериз в Ликуде над "сефардом-социалистом" Шаломом, которая породила надежды у лидеров партий, сделавших социальную программу основой своей предвыборной платформы на приток к ним голосов разочарованных социально-ориентированных ликудников. Соответственно, если на первом этапе избирательной кампании Биби взывал к избирателям, предлагая им оценить свои действительно выдающиеся результаты работы на посту министра финансов, то в последние недели его линия стала иной. Он вдруг заявил, что "казна (понятно, благодаря ему) полна денег", и потому теперь уже можно выделить средства для поддержки малообеспеченных групп населения.
Представляя на состоявшейся 7 февраля специальной пресс-конференции свою новую экономическую программу, Нетаниягу пообещал ликвидировать бедность в течение трех лет. Пакет предлагаемых Нетаниягу социальных услуг включает отрицательный подоходный налог для тех, кто получает невысокую зарплату, субсидирование жилья в общественном секторе в размере 7200 шекелей в год, 30%-ное снижение платы за проезд в общественном транспорте и 10% рост льгот жителям периферии. Для пожилых Биби предполагает увеличение пособий по старости до 2400 шекелей в месяц и скидку на лекарства. Молодежи адресовано обещание снизить плату за обучение в ВУЗах до 3000 шекелей в год, подарок при демобилизации военнослужащих срочной службы в размере 40 тыс. шекелей, а также бесплатное выделение участков под строительство на севере и юге страны.
Впрочем, радикального решения проблемы бедности Нетаниягу предполагает все же рыночными путями. По мнению Биби, снижение уровня подоходного налога до 40%, налога на корпорации - до 20% и налога на добавленную стоимость - до 14%, а также реформирование оборонной промышленности, системы энергоснабжения и Земельного управления должно стимулировать заинтересованность в труде, рост производства и, соответственно, занятости и доходов населения. По мнению Нетаниягу, "правильно развивающаяся экономика позволит Израилю в течение 12 лет войти в десятку стран мира с самым высоким доходом на душу населения, что даст возможность решить большинство существующих социальных проблем".

"Религиозные социалисты"

Подобная двойственная линия Нетаниягу делает его удобным объектом критики со стороны Аводы, но и ряда других социально-популистских партий. Речь в первую очередь идет об основном конкуренте Ликуда на поле "второго Израиля" (малообеспеченные выходцы из стран Азии и Африки) ультраортодоксально-социальной партии ШАС, чьей массовой базой являются низшие слои сефардов-традиционалистов. Лидер этой партии Эли Ишай практически сразу же после поражения на праймериз в Ликуде сефардского "социального" кандидата Шалома заявил претензии на голоса социально-ориентированных избирателей Ликуда.
Еще одиним новым (или точнее "старо-новым") игроком на израильском "социальном поле" стала правая Национально-религиозная партия (МАФДАЛ), которая на протяжении трех десятилетий позиционировала себя как партия, наиболее адекватно выражающая интересы поселенцев ЕША. После выхода из партии право-радикальной группы Э. Эйтама "Обновленный религиозный сионизм", в высказываниях оставшихся "умеренных" лидеров МАФДАЛа стали звучать нотки примирения с итогами эвакуации еврейских поселений Газы и Северной Самарии и необходимости переключения основного внимания национально-религиозного лагеря на вопросы экономического благосостояния образования и культуры. Так, в интервью газете «Джерузалем пост» глава МАФДАЛа Звулун Орлев сказал, что "закрытие школы хуже, чем ликвидация поселения". Понятно, что целевой группой этой новой линии МАФДАЛа будут не столько светские избиратели левых и центристских партий, сколько все те же сефарды-традиционалисты из городов развития. (Все же заметим, что на выборах 1996 г. в нерелигиозном секторе МАФДАЛ получил, насколько известно, два из девяти своих мандатов, причем, почти половину этих электоральных достижений обеспечили, как считается, "русские" голоса).
Озвученная лидерами МАФДАЛа идея такова: следует сначала помочь населению Сдерота и Офакима, (населенные выходцами из Азии и Африки, города развития отличаются высоким уровнем безработицы и низким, по израильским понятиям, образовательным и жизненным уровнем обитателей) с тем, чтобы они помогли потом отстоять Офру и Бейт-Эль (зажиточные еврейские поселения в стратегических точках Иорданской долины в Самарии). На этой почве у лидеров МАФДАЛа были серьезные разногласия с правым блоком "Национальное Единство", имеющим больше рыночную ориентацию. Обострение проблемы безопасности после прихода к власти в ПА террористической организации ХАМАС заставил МАФДАЛ и НЕ отдать приоритет этой теме и составить совместный список на выборах в Кнессет 17 созыва, что, однако, не исключает обострения противоречий между ними в будущем.

Кадима

Руководство партии Кадимы, помимо объединения под своей крышей экономически благополучных "умеренно-центристских" избирателей Аводы, Ликуда и Шинуй, также расчитывает на "социальные" голоса традиционных избирателей Ликуда и секторальных партий, равно как и поддержку остальных малообеспеченных групп населения. С этой целью Шарон еще до своего первого инсульта в срочном порядке поручил своему первому заместителю и нынешнему министру финансов Э. Ольмерту подготовить "чрезвычайную программу борьбы с бедностью", на финансирование которой предполагается выделить в ближайшие годы около 3 млрд. долларов. Кроме того, в конце декабря 2005 г. Ариэль Шарон и Эхуд Ольмерт приняли решение созвать специальное заседание финансовой комиссии Кнессета, которая должна утвердить в обход еще не утвержденного бюджета 2006 года перевод 200 миллионов шекелей из госбюджета для финансирования «корзины лекарств» (набора субсидированных препаратов). После ухода Шарона лидеры партии официально продолжили ту же "социально-либеральную" линию в своей прорпаганде, стараясь угодить и "капиталистам" и "рабочим," ничего, по обыкновению, не говоря по существу. Так, в своей програмной герцлийской речи Э. Ольмерт, приписав себе заслуги правительства по выводу экономики из застоя, и отдав должное усилиям Нетаниягу, тут же бросил "камешек в его огород", заявив, что лишь после того, как он принял ответственность за выработку экономической и социальной политики государства, было решено изменить акценты и установить новые приоритеты для "сокращения разрыва между богатыми и бедными". Ольмерт, впрочем, заявил о том, что возвращения к политике дотаций и субсидий не будет: Кадима по его мнению, сможет решить проблемы бедности на путях улучшения образования и "стимулирования честного труда, дающего достойный заработок". Понятно, что Кадима тут же подставились под удар "социальных" партий. Так, 12 февраля Партия труда начала новый этап предвыборной кампании под лозунгом "Ольмерт разделит Израиль между богатыми и бедными" По мнению руководителя пропагандистского штаба Аводы Рони Римона, этот лозунг продолжает линию партии, ставящую своей целью убедить потенциальных избирателей в том, что социально-экономическая политика Ольмерта отрицательно скажется на решении проблем благосостояния, занятости и здравоохранения.

Новые соискатели

Сравнительно новыми фигурантом на социально-экономическом поле является также партия Мерец/Яхад, которая еще в ходе ыборов 2003 г. заняла линию борьбы с негативными социальными последствиями рыночных реформ. Вместе с тем, лидеры Мерец так и не смогли оторвать свои социально-либеральные лозунги от идеологии "максимальных территориальных уступок" и "двунационального еврейско-арабского государства" (весьма проблематичная позиция в свете продолжающейся более пяти лет войны с террором и очевидной нелояльности значительной части израильских арабов). Это обстоятельство практически сводит на нет, попытки лидеров партии завоевать симпатии жителей городов развития и других малообеспеченных слоев населения.
С другой стороны, соискателем голосов пенсионеров и других социально-ориентированных слоев населения (преимущественно русскоязычных) стала прежде рыночная, но сегодня стремительно "центреющая" – как в социально-экономическом, так и внешнеполитическом плане партия НДИ. Кроме того, новый соискатель центристских голосов партия "Тафнит" ("Поворот") Узи Даяна (который является одим из организаторов ежегодного Сдеротского конгресса по социально-экономическим проблемам), также заявляет о необходимости изменения социальных приоритетов и предлагает сократить оборонный бюджет, а направить освободившиеся средства на развитие экономики и капиталовложения в систему просвещения.
Наконец, на переполненном рынке борьбы за права малообеспеченных групп в последние месяцы появились и новые движения социального протеста, такие как ЛЕХЕМ - "Объединенные бойцы социального фронта" во главе с Исраэлем Туито и "эфиопская" партия. Все эти движения вряд ли пройдут электоральный барьер, но вполне могут "утопить" немало традиционно ликудовских и аводинских голосов.

"Вести", 22.02.2005

Д-р Владимир (Зеэв) Ханин - сотрудник отделения политологии Университета Бар-Илан, Израиль.


  • Другие статьи о выборах 2006
  • Другие статьи Зеева Ханина

  •   
    Статьи
    Фотографии
    Ссылки
    Наши авторы
    Музы не молчат
    Библиотека
    Архив
    Наши линки
    Для печати
    Поиск по сайту:

    Подписка:

    Наш e-mail
      

    TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


    Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria