Зеэв В. Ханин

Перегруппировка политических сил в Израиле на фоне досрочных выборов в Кнессет: ситуация в левом лагере

Время, которое остается до назначенных на 17 марта с.г. досрочных выборов в Кнессет 20-го созыва, несомненно, является периодом, когда все партии, добивающиеся возможности получить максимальное число из 120 парламентских мандатов намерены использовать все оставшиеся у них ресурсы для финального рывка.

Основные тенденции, судя по всему, уже определились: «широкий правый лагерь» на 5-6 мандатов превосходит по силе левый. Но доминирующие в этих лагерях партии – соответственно, правоцентристский Ликуд и левоцентристский блок партий Авода и «Ха-тнуа» («Сионистский лагерь») обладают, если верить опросам, примерным паритетом, каждая из них получит менее четверти мест в Кнессете.

Поэтому ответ на вопрос, кто будет формировать коалицию и станет премьер-министром – действующий глава правительства, лидер Ликуда Биньямин Нетаньяху или глава оппозиции, лидер Аводы Ицхак Герцог, зависит от того, кто сможет получить относительное большинство голосов, сумев привлечь на свою сторону «плавающие» мандаты, или отобрав их у «партнеров- конкурентов» и соперников.

Иными словами, главная борьба за голоса определившихся и неопределившихся избирателей сегодня идет не столько между, сколько внутри «широких» партийно-политических лагерей. Ситуация в правом лагере, где, несмотря на повышение электоральное барьера, вместо концентрации сил идет их серьезное размежевание, было подробно рассмотрена нами в предыдущей статье. Попробуем проанализировать, что происходит в среде их политических «визави», где интеграционные тенденции, напротив, просматриваются.

(Квази)-интеграционные процессы и проблема «доминантного центра силы»

В отличие от прошлых выборов, в «широком левом лагере», эти тенденции, как в «общенациональном», так и секторальном сегментах. Этой второй сегмент, с фактическим прекращением деятельности левой религиозно-сионистской партии «Меймад», почти целиком занимают арабские партии.Три из них – коммунистическая ХАДАШ (которая, несмотря на декларируемый интернационализм, фактически является арабской националистической группировкой), исламистский блок РААМ-ТААЛ и радикально-антисионистское движение «палестинцев 1948 года» (как его лидеры называют израильских арабов) БАЛАД – обычно представлены в Кнессете 3-4 мандатными фракциями.

Однако после повышения электорального барьера две из них, а по некоторым опросам – и все три имели все шансы присоединиться к нескольким мелким арабским спискам, регулярно остающимся за бортом парламента страны. Поэтому разговоры об объединении арабских партий в один список начались сразу же после начала избирательной кампании. Тем не менее, политико-идеологические различия между арабскими партиями, а также конкуренция между арабскими общинно-клановыми и религиозными группами, политическим крылом которых, в сущности, и являются упомянутые партии, долгое время ставили знак вопроса на реальности такого союза. Проведенные 10 января с.г. большие переговоры представителей БАЛАД, ХАДАШ и РААМ-ТААЛ и лидеров «Исламского движения» Израиля о возможном создании единого блока для участия в парламентской гонке закончились ничем: по сообщению участников, разногласия преодолеть не удалось, и шансы на объединение списков невелики. Но, в конце концов, перспектива полной потери арабскими элитами рычагов политического влияния и доступа к финансовым ресурсам вынудила их представителей пойти на компромисс. Свою роль сыграло и давление главы ПНА Махмуда Аббаса (Абу- Мазена), обеспокоенного исчезновением в Кнессете своего лобби, функцию которого, в ущерб продвижению социальных, экономических и гражданских интересов арабоязычных израильтян, выполняли лидеры арабских партий. И потому обратившегося к лидерам ХАДАШ, РААМ-ТААЛ и БАЛАД с «настоятельной рекомендацией» объединиться в один блок, и тем самым сохранить или даже увеличить свое представительство в Кнессете, а после выборов рекомендовать на пост премьер-министра представителя левого лагеря. Опросы, проведенные в ходе избирательной кампании, предсказывают арабскому списку от 11 (столько в сумме входящие в него фракции имею в Кнессете сегодня) до целых 15 мандатов.Последний прогноз выглядит сомнительным – значительная часть арабо-язычных избирателей вообще не ходит на выборы, а объединение партий, ориентирующихся на разнородные интересы арабского сектора, по идее, должно усилить эту тенденцию. Перспектива того, что после выборов этот союз распадется на составляющие, тоже более чем вероятна. Но пока на политическом поле страны появился новый нестандартный игрок.

Все же главным событием в левом лагере стало объединение двух левоцентристских партий – Аводы, вернувшей себе на прошлых выборах формальный статус «главной» левой партии страны, и партии Ципи Ливни «Движение» («Ха-тнуа»). Это объединение было призвано решить стоящие перед этими партиями насущные проблемы.

Наибольшие, на первый взгляд, выгоды от объединения получила партия Ципи Ливни, сумевшая в 2013 году оставить при себе часть левого фланга разваливающейся партии Кадима под обещания продвинуть переговорный процесс с ПНА, за стагнацию которого Ливни, в свою бытность в 2009-2012 годах лидером оппозиции, активно критиковала премьер-министра Биньямина Нетаньяху.

Эта критика, как известно, не помешала «Ха-тнуа» стать первой партией, подписавшей после выборов 2013 года коалиционное соглашение с блоком Ликуд-НДИ, а самой Ливни занять в правительстве все того же Нетаньяху пост министра юстиции и ответственной за переговоры с ПНА.

Впрочем, успехи Ципи Ливни на этом поприще был весьма невелики. Причем не столько по вине самой Ливни или критикуемых ею за «нежелание пойти на уступки во имя мира с палестинскими арабами» лидеров правых коалиционных партий – Биньямина Нетаньяху, Авигдора Либермана и Нафтали Беннета, сколько из-за категорического отказа Абу-Мазена снизить свои иррационально завышенные требования к Израилю, неприемлемые для любого руководства еврейского государства.

В итоге «дипломатический процесс» Израиля и ПНА становился все менее осмысленным занятием, а это, в свою очередь, обессмысливало существование «Ха-тнуа», сделавшей, как было сказано, продолжение этого процесса основой своей платформы. Опросы, проведенные в 2014 году, показали, что эта партия находится на грани прохождения повышенного до 3.25% электорального барьера, и при сохранении этой тенденции может его не пройти. Во избежание такой перспективы Ливни уже с осени того же года была занята поиском идеологически близкой партии, гарантированно проходящей в следующий Кнессет, и готовой взять людей из «Ха-тнуа» в качестве «прицепа».

Первоначально естественным адресом для такого обращения казалась партия Яира Лапида «Еш атид» («Есть будущее»), которая, как отмечалось, взяла большую часть из завоеванных ею на прошлых выборах 19 мандатов там же, где и «Ха-тнуа». То есть, из бывшего «твердого ядра» разваливающегося электората Кадимы, в массе своей – бывших «мапайников» (выходцев их "домашнего электората" МАПАЙ/Аводы, уже несколько каденций, не голосующих за свою "материнскую" партию)

Сближению партий теоретически могла способствовать и ситуация, в которой оказались оба их лидера, министр юстиции Ципи Ливни и министр финансов Яир Лапид, которые, постепенно ужесточая критику премьер-министра Биньямина Нетаньяху в сфере внешней и социально-экономической политики к концу 2014 года перешли, так сказать, в оппозицию внутри прапвительства. Так, 22 октября т.г. Ливни и Лапид объявили «о создании единого блока по продвижению мирного процесса», параллельно заблокировав ряд продвигаемых остальными партиями коалиции статей проекта бюджета на 2015 год.

В конечном итоге Нетаньяху в начале декабря того же года принял решение уволить Лапида и Ливни – и, соответственно, остальных министров от их партий из правительства, а неделю спустя дал старт досрочным выборам. Поэтому просочившаяся в СМИ информация о том, что Ливни и Лапид в тот же день вели переговоры об объединении партий ни у кого не вызвала удивления. Тем не менее, союз этих партий так и не сложился – вероятнее всего, потому, что Лапиду требования Ливни показались чрезмерными, а ей предложения Лапида – явно недостаточными.

Настойчивость Ливни объяснялась наличием у нее не менее интересной альтернативы: затребованную ею цену оказался готов уплатить новый лидер Аводы Ицхак Герцог. На состоявшейся 10 декабря 2014 года пресс-конференции Ципи Ливни и Ицхак Герцог официально объявили об объединении своих партий в единый список, вскоре получивший название «Ха-махане ха-циони» («Сионистский лагерь»).Согласно достигнутой между ними договоренности, первым номером в объединенном списке стал Ицхак Герцог, а вторым номером – Ципи Ливни, причем в случае победы списка на выборах должность премьер-министра эти политики предполагают занимать по ротации (первые два года – лидер Аводы, следующие два года – Ципи Ливни). И тот же тандем будет составлять, и реализовывать план работы правительства. Кроме того, Герцог согласился на предложенный Ливни порядок формирования объединенного списка – бронирование в списке Аводы 3-4 «проходных» и 2-3 «полупроходных» мест, которые лидер «Ха-тнуа» могла заполнить по своему усмотрению Столь массированные уступки, которые Герцог сделал лидеру партии, не имеющей гарантий самостоятельного прохождения в Кнессет, многим комментаторам показались чрезмерными и вызвали критику в самой партии Авода, но у Герцога на то были свои резоны.

Во-первых, главной целью Аводы на протяжении десятилетий является вернуть себе тех «старых мапайников», в массе своей – умеренно-левых представителей «старого» ашкеназского среднего класса, которые, как отмечалось, по разным соображениям уже несколько каденций не голосуют за Партию труда, предпочитая другие левоцентристские проекты (в последние годы — Шинуй, Кадиму и «Еш Атид»). Присоединение «Ха-тнуа» в этой ситуации могло символизировать начало столь страстно желаемого лидерами Аводы возвращения «домой» ее бывшего «коренного электората».

Кроме того, Авода в общественном сознании израильтян четко идентифицируется с негативными, по мнению многих, последствиями инициированного ее лидерами «Процесса Осло» и спровоцированной им волны палестинского арабского террора 2000-2002 годов. В последующие годы лидеры Аводы неоднократно пытались «замести под ковер» эту невыигрышную для израильских левых тему, будируя вместо нее социально- экономическую тематику (как это пыталась делать перед прошлыми выборами прежний лидер партии Шели Яхимович). Тем не менее, партия Авода, как политический бренд, оказалась не в состоянии избавиться от этой проблематичной для нее коннотации.

Потому блок с Ливни для Герцога является шансом представить избирателям «обновленное лицо» Аводы и убедить их в том, что за названием «Сионистский лагерь» стоит не просто «смена вывески», а возвращение израильского «умеренно-левого центра» к политическому прагматизму «времен Бен-Гуриона» и системе «традиционных для этого лагеря национальных ценностей», оспорив у правых партий их едва ли не «ультимативную монополию» на эту тему. Этой же цели – «сплочение под вывеской СЛ всех прагматично- левых и центристских сил» – должно было служить и присоединение к его списку остатков сократившейся в уходящем Кнессете до двух мандатов партии Кадима. Эта партия накануне прошлых выборов, после «возвращения» в Аводу и ухода с Ливни в ее «Ха-тнуа» и к Яиру Лапиду многих поддерживавших в 2006 и 2009 гг. Кадиму (и побывавших перед этим в Шинуе и других партиях центра) «старых мапайников», вновь вернулась в центристскую нишу.

Благодаря этому новый председатель Кадимы Шауль Мофаз, продвигая тему «ответственного подхода к национальной безопасности», сумел удержать еще имевшиеся в партии остатки некогда перешедших в нее вслед за Ариэлем Шароном и в массе своей уже вернувшихся «домой» умеренных ликудников. А также привлечь какую-то часть «классических бен-гурионистов» из числа тех, кто ушел в 2010 году их Аводы вместе с Эхудом Бараком в его новую «центристскую» партию Ацмаут, сошедшую с дистанции накануне выборов в Кнессет 2013 года. Как мы уже отмечали ранее, договориться с Мофазом – бывшим начальником генштаба ЦАХАЛа и бывшим министром обороны, который должен был бы занять в СЛ пустующую нишу «ответственного битхониста» (обладающего практическим опытом авторитета в вопросах национальной безопасности) Герцогу и Ливни так и не удалось. Мофаз на этом этапе предпочел закончить свою политическую карьеру, но какая-то часть его потенциальных избирателей, не исключено, готова на этот раз поддержать «Сионистский лагерь»/

Борьба за перераспределение голосов

В целом, «Сионистский лагерь», согласно опросам, может рассчитывать на 22-25 мандатов, то есть чуть меньше или несколько больше чем три партии – Авода, «Ха-тнуа» и Кадима имели по итогам прошлых выборов в сумме.

Этого явно недостаточно для убедительной победы над главным соперником – правящей правоцентристской партией Ликуд, которой те же опросы дают сегодня примерно столько же мандатов. Поэтому стратегией лидеров СЛ, судя по всему, является схема, избранная Ципи Ливни, тогда возглавлявшей сдвинувшуюся под ее руководством сильно «влево» партию Кадима, на выборах 2009 года.

Не «подписываясь» под абсолютно нереалистичную цель победы всего левого лагеря над правым, политтехнологи Кадимы тогда видели своей задачей обеспечить хотя бы минимальный перевес в числе поданных голосов Кадимы над Ликудом. Что в условиях фактической «персональности» выборов давало бы Ливни формальное право объявить о своей победе и добиваться у президента страны мандата на формирование правительства. Кадима тогда действительно завоевала на один мандат больше, чем Ликуд, но общий перевес правого лагеря над левым сделал этот план нерелевантным – что отнюдь не останавливает Ливни и Герцога опробовать эту схему вновь.

В 2009 году команда политтехнологов Ливни, сумели убедить многих левых избирателей. что только сплочение сил вокруг ее партии может остановить «ликудовских ястребов». Тогда эта задача была выполнена блестяще: Авода потеряла в пользу партии Ливни около трети своих избирателей, ультралевый блок МЕРЕЦ с 3 (против 5 в предыдущем Кнессете) мандатами оказался на грани прохождения электорального барьера, а два также левоцентристских, по ориентации своего электората, списка – имевшая целых 7 мандатов «партия пенсионеров» ГИЛь, и предполагавшийся «сюрприз» тех выборов – партия «зеленых», вообще не попали тогда в Кнессет. На нечто подобное Герцог и Ливни явно рассчитывают и сегодня, а это, в свою очередь, ставит перед ними проблему выдвижения некой идеи, которая может послужить общей платформой для всех левых избирателей.

Позитивные послания из арсенала Аводы и «Ха-тнуа» связанные с темой нынешней избирательной кампании – новые вызовы в сфере обеспечения безопасности страны и социально- экономическая политика будущего правительства – на роль этой единой платформы явно не слишком пригодны.

Традиционные для двух партий лозунги «продвижения забуксовавшего дипломатического процесса с ПНА», в свете охватившего ближневосточный регион «политического цунами» особым спросом на политическом рынке сегодня не пользуются, в силу чего Герцог и Ливни относятся в ходе нынешней кампании к этим сюжетам осторожно, выбирая наиболее обтекаемые фразы, в основном делая акцент на «заботу о профилактике изоляции Израиля в мире». А приоритет в оперировании действительно важными для большинства израильтян вопросами экономического благосостояния населения с не меньшими шансами на успех оспаривают у «Сионистского лагеря» и другие партии – как левые, так и правые.

Поэтому в качестве коллективной платформы для левых избирателей политтехнологи СЛ предлагают не столько то, что эти избиратели вместе хотят – найти такой общий знаменатель сегодня вряд-ли возможно – сколько обещание не-реализации того, чего они «дружно не хотят». А не хотят они, по мнению Герцога и Ливни, того, чтобы лидер Ликуда Биньямин Нетаньяху в четвертый раз стал премьер-министром, а лидеры других правых партий – Авигдор Либерман (НДИ) и Нафтали Беннет («Еврейский дом») вновь получили влиятельные портфели в его правительстве.

Соответственно, как и шесть лет назад, успех этой операции гарантирует только радикальное перераспределение – тогда в пользу Кадимы, а сегодня – в пользу СЛ, голосов внутри левого лагеря. Понятно, что главный лозунг нынешней кампании – «или мы, или они» – как нельзя лучше вписывается в эту схему, и именно эту идею Герцог и Ливни «продают» сегодня избирателям своих потенциальных партнеров и нынешних конкурентов за голоса левого лагеря.

Впрочем, список таких партий, откуда возможно получится переманить избирателей в СЛ, не слишком велик. Шансов на привлечение голосов израильских арабов, которые в лучшие для партии времена составляли около трети членов и от четверти до трети избирателей Аводы, в свете антисионистской радикализации арабских элит и с образованием единого арабского списка, сегодня немного.

Так, запланированный на конец февраля с.г. предвыборный визит лидеров «Сионистского лагеря» (которые напомним, выступают за решение конфликта Израиля с палестинскими арабами за счет значительных территориальных уступок ПНА) в израильские города «арабского треугольника» Южной Галилеи был практически сорван арабской демонстрацией в Вади-Ара, размахивавших палестинскими флагами и лозунгами «Сионистам здесь нет места!».

Более перспективным в этом смысле выглядит электорат ультралевого блока МЕРЕЦ, который, продвигая идеи урегулирования с палестинцами на условиях ПНА, переговоров «без предварительных условий» с исламистским ХАМАСом и радикально-социальные лозунги, сумел на прошлых выборах вернуть часть своих избирателей, ушедших в 2009 году в Кадиму и отвоевать некоторое число голосов у партии Авода. В итоге фракция этого блока в 2013 году выросла вдвое – с 3 до 6 мандатов, часть из которых, если верить опросам, сегодня вновь готовы откликнуться на призыв лидеров СЛ «только не Биби».

Какое-то количество голосов этот посыл может принести проекту Герцога и Ливни за счет тех, кто взвешивал возможность поддержать вращающиеся в орбите левого лагеря «протестные», «тематические» и альтернативные социальные списки. Но главный потенциальный ресурс дополнительных голосов, которые, теоретически может привлечь СЛ, по прежнему находится в партии Яира Лапида «Еш атид».

Перспективность этого ресурса связана с тем, что электорат этой партии, как нового субъекта на израильском политическом поле, целиком состоит из «горячих» мобильных голосов. Как известно, в 2013 году партия Лапида с ходу взяла 19 мандатов, примерно две трети из которых составили «старые мапайники» из бывшего твердого электорального ядра Кадимы (ранее, как отмечалось, голосовавшие за Шинуй – левоцентристский проект отца Яира, Йосефа (Томми) Лапида.

Кроме того, позиционируя свой проект в качестве очередной «партии центра», Яир Лапид сумел получить 4-5 «правых мандатов», в массе своей состоящих из голосов «умеренных шаронистов». То есть, избирателей «центристского» крыла Ликуда, уведенных в 2005 году расколовшим эту партию Ариэлем Шароном в его новую партию Кадима, и, начиная с 2007 года, ставших массово возвращаться в Ликуд (кроме тех, кто был «по дороге перехвачен» НДИ и в меньшей степени ШАС).

Кроме того, «Еш атид», который успешнее многих партий освоил лозунги прокатившегося по стране летом 2011 года движения социального протеста против дороговизны жилья и высокой цены базовых продуктов, сумел привлечь и немало «новых избирателей», прежде всего молодежь из центра страны. Полтора года пребывания «Еш атид» в правительстве Биньямина Нетаньяху, в котором Яир Лапид занимал пост министра финансов, а его соратники возглавляли важнейшие министерства социального блока, разочаровали многих из тех, кто отдал голоса этой партии в январе 2013 года.К концу 2014 года электоральный потенциал партии сократился почти вдвое: опросы, проведенные в ходе нынешней избирательной кампании, дают партии от 8 до 12 мандатов. Первыми, судя по всему, партию покинули многие «умеренные шаронисты», которые после «цивилизованного развода» НДИ и Ликуда демонстрировали тенденцию возвращения в правый блок, либо перешли в категорию «неопределившихся». Инфляция электората «Еш атид» коснулась и наиболее важной ее части – перешедших в партию из Кадимы бывших «старых мапайников», на которых, собственно, и был рассчитан посыл объединенного блока Авода/«Ха-тнуа».

Впрочем, большинство из покидающих «Еш атид» представителей этой группы «Сионистскому лагерю» привлечь так и не удалось. Многие из них предпочли очередную «партию центра», роль которой на этих выборах играет «социальный» список «Кулану» («Мы все»), созданный в декабре 2014 года бывшим министром связи от партии Ликуд Моше Кахлоном. На своем прежнем посту Кахлон сумел радикально снизить цены на услуги сотовых компаний, и обещает сделать то же самое с ценами на жилье и товары первой необходимости – чем, собственно, платформа новой партии и исчерпывается. Крайне актуальные для движений, претендующих на статус «партии власти» внешнеполитические сюжеты новый проект Кахлона, как и большинство его «центристских» предшественников, предпочитает «вынести за скобки» (хотя и озаботился включением в список двух «битхонистов»), предпочитая, опять же в стиле подобных партий, встать «над конфликтом» правых и левых и обратиться к предельно широкому набору групп внутри израильского общества. Так, помимо бывших избирателей Яира Лапида, Кахлон рассчитывает на то, что его радикальная социальная программа привлечет к нему и избирателей правоцентристских партий – прежде всего его бывшей партии Ликуд (включая «сидящих на заборе» ее бывших избирателей из числа «умеренных шаронистов»), а также ШАС и НДИ.

И правда, как и любой другой новый привлекательный «бренд», партия Кахлона первоначально взмыла в опросах, но затем несколько сбавила обороты, что обозреватели объясняют как не слишком внятной избирательной кампанией этой партии, так и тем, что Яир Лапид сумел энергичными действиями притормозить отток избирателей, лишив «Кулану» ее основного источника пополнения потенциального электората.На момент написания этих строк опросы предсказывают «Кулану» порядка 7-9 мандатов, причем как СЛ и «Еш атид», так и упомянутые правоцентристские партии не теряют надежды заполучить хотя бы часть из них.

Таким образом, до выборов остается всего несколько дней, но борьба за перераспределение голосов избирателей далеко еще не закончена, и те или иные сюрпризы совсем не исключены.

Институт Ближнего Востока 9.03.2015

Ханин В. (Зеэв), Профессор отделения общей политологии и региональной политики Университета Ариэль в Самарии, преподаватель политических наук Университета Бар-Илан, Израиль

Другие статьи и интервью Зеева Ханина




TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.

Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria