Рав Михаэль Пуа

Не пойдем, как овцы на заклание

Когда я был ребенком, я спрашивал, как все мои сверстники: почему люди поколения Катастрофы шли в гетто, на принудительные работы, в лагеря смерти – шли, как овцы на заклание? Почему давали гнать себя, как стадо на убой?
Объяснения, которые я получил, убедили меня в одном: чтобы новая Катастрофа не произошла, нужно не дать начаться процессу превращения людей в овец.
Когда ты привыкаешь ходить с желтой звездой на одежде, когда ты готов зайти в поезд, на котором тебя принудительно куда-то повезут, ты вступаешь на путь, в конце которого ты уже не сможешь оказать сопротивление. Когда тебе предлагают участвовать в аморальном поступке, ты должен отрезать раз и навсегда в самом начале, потому что если ты не сделаешь это сразу, то, скорее всего, не сделаешь никогда. Тебе всегда будет что терять, это всегда будет не вовремя…
В эти дни граждане Израиля снова встали перед однозначным выбором: или совесть, или концлагерь. Нашим именем, именем еврейского народа, именем государства Израиль, гражданами которого мы являемся, собираются совершить страшное преступление. Мы все хотим закричать, остановить, сказать, что это не мы.
В тот день, когда о некоем поселении будет объявлено, что его территория является закрытой военной зоной, перед каждым из нас встанет один большой вопрос. Станем ли мы своим молчанием соучастниками этого злодейства или нет? Готовы ли мы смотреть со стороны, как наших товарищей, законопослушных граждан, лишают элементарного гражданского права – права на свободу передвижения? Готовы ли мы смириться с тем, что какая-нибудь бабушка больше не сможет навестить своих внуков? Готовы ли мы создать условия для вбивания клина между нами и нашими братьями, что даст возможность лишить их имущества и крыши над головой?
Я – не готов. Если ты тоже не готов, то время настало! Идем вместе со мной, и докажем это – мы братья! Не бросим же наших братьев в этой борьбе, будем защищать их дом, как наш собственный. Не дадим нас расколоть.
В тот день, когда начнет действовать запрет въезда в одну из областей, которую предполагается выселить, я, с Божьей помощью, выхожу из дома.
Куда?
Разумеется, к нашим братьям на той самой запрещенной территории. В любом месте, на любом КПП, через который проходят граждане, солдаты или полицейские, я тоже прохожу. Если я не прохожу, то и они не проходят, потому что я стою перед ними в очереди, чтобы пройти. Если меня попросят подвинуться, я не соглашусь. "Вы можете меня арестовать, - скажу я с улыбкой, - но не имеете права меня толкать, тем более – бить. Это делать вам запрещено". Я не подниму руки на полицейского, но потребую со всей принципиальностью, чтобы и на меня не подняли руку.
Я не буду сидеть дома, пока не исчезнет дискриминация! Я не позволю правительству вести себя по отношению к моим братьям не так, как по отношению ко мне! Я готов на тюремное заключение. Я не применю насилие, но не устану стучаться в ворота пропускных пунктов – пока не будет снят позор.
А вы, те, кто читает эту статью – будете сидеть дома или пойдете со мной?
Наступают дни, когда все должны оказывать поддержку друг другу. Спросите знакомых, кто готов к вам присоединиться, соберите сумку, сообщите на работе или по месту учебы о вашем временном отсутствии. Не задерживайтесь, даже если это происходит во время сессии или сдачи экзаменов на аттестат зрелости. Если останетесь дома, то не простите себе этого никогда.

03.05.2005

Перевод Шошаны Бродской.

(Рав Михаэль Пуа - член секции "Еврейское руководство" в Ликуде, http://www.manhigut.org/russian/)



  
Статьи
Фотографии
Ссылки
Наши авторы
Музы не молчат
Библиотека
Архив
Наши линки
Для печати
Поиск по сайту:

Подписка:

Наш e-mail
  



Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria