Моше Фейглин

Плодоносное древо

            В эти дни, предшествующие важной вехе еврейского календаря – началу года для плодовых деревьев (ту-би шват), каждое еврейское сердце отзывается на скорбную дату – годовщину гибели первого израильского космонавта, Илана* Рамона. Было в этом человеке что-то такое, что уводило от разногласий и склок современности: так ствол, берущий начало от питающих корней, от самого общего, что только есть у еврейского народа, соединяет их с побегами – несмелой надеждой на будущее.
            Я не очень следил за восторженным освещением в СМИ взлета первого израильского космонавта. "Раскручивание" прессой очередной сенсации отталкивает меня, независимо от темы, за которую на этот раз "взялись". Но, несмотря на это, в сознание проникло ощущение того, что на этот раз речь идет о чем-то особенном. Этот скромный человек, стеснительно улыбающийся с экранов, в прошлом – замечательный воин, на которого сейчас смотрит весь мир – он использует этот шанс, эту мировую трибуну, не для реализации собственного "эго", не для дежурных и вызывающих всеобщее одобрение фраз типа "Я буду призывать из космоса к миру с "палестинцами"' ("Си-эн-эн" были бы в восторге). Он даже не концентрирует внимание на государстве Израиль. Этим человеком владеет неординарное самоощущение – он понимает, что то, чем он на самом деле является, то, что он представляет прежде всего, ярче всего – это еврейский народ.
            Мы уже привыкли к израильскому представительству в различных международных событиях. Как правило, эти представители видят свою задачу в умиротворении израильских и еврейских ненавистников, гостями которых они, в сущности, являются. Это может быть какая-нибудь группа Зеви Хотема на Евровидении, которая старательно машет сирийским флагом, или какой-нибудь дирижер с мировым именем, настойчиво включающий в свою программу (против желания администрации концертного зала) произведения духовного отца Третьего рейха**. Это может быть просто какой-нибудь израильский "специалист", устраивающий в Швеции настоящее поклонение убийству евреев. Израильтяне, которые выросли в атмосфере отрицания своей особости, которые возвели это отрицание еврейства в ранг жизненного кредо, если у них нет при этом опоры в виде веры, которая может их удержать – в тот момент, когда они попадают за границу, ими овладевает только одно стремление: раствориться. Ничем не отличаться от окружающих, представителей других народов. И это в лучшем случае; а бывают ситуации, когда мы становимся свидетелями выражений солидарности с ненавистниками евреев. "Я – "настоящий" преуспевающий израильтянин. Вы не найдете на мне ни малейшего пятнышка еврейства. И вот доказательство: я понимаю и сочувствую тем, кто ненавидит евреев, я вообще на их стороне…"
            Илан Рамон не был выходцем из религиозной среды. Он представлял именно среднестатистического преуспевающего израильтянина: светский, образованный, прошедший успешную военную службу, обладатель приятной внешности, удачливый, отец семейства, прекрасные дети, мировая известность – короче, все, что нужно образцовому израильтянину.
            И вот этот человек достигает пика всеобщего внимания – и тут происходит нечто странное.
            Он может взять с собой в космос весьма ограниченное количество вещей. Что же он выбирает? Книгу Торы, которая побывала в нацистском "лагере смерти". На дверь своей комнаты в космическом корабле он прибивает мезузу, требует кашерное питание, намеревается соблюдать шабат – на виду у всего мира! Что здесь происходит?
            Мы не знаем точно, что заставило Рамона поступить так нетривиально.
            Может быть, сыграли свою роль годы тренировок в США – стране, где "религия отделена от государства", и при этом надежда на Создателя звучит в речах президента, упоминается на денежных знаках? Демонический страх перед "религиозностью", навязанный израильским политическим режимом простому израильтянину, покидает последнего, когда тот оказывается за пределами страны. В Непале нам религию не навязывают, вот тысячи евреев и собираются на пасхальный "сэдер", устроенный движением "Хабад" в сердце джунглей…
            Однако это объяснение не подходит для Илана. Он был, действительно, Личностью с большой буквы. И этот человек в судьбоносную минуту сумел найти в себе "точку истины". Неважно, что конкретно подтолкнуло его к этому решению – важен факт принятия этого решения. Важно то, что так поступил "классический" израильтянин. И придет время, когда эту "точку истины" найдут у себя все израильтяне.
            Нет, не случится такого, что все "светские" в одночасье превратятся в "религиозных".
            Я очень надеюсь, что этого не случится.
            Я не хочу, чтобы они стали такими, как я.
Я хочу, чтобы каждый из них нашел себя – и это истинный, глобальный, реальный процесс, который так хорошо отразил в своем поступке Илан Рамон. Этот поступок стал прецедентом, внушающим надежду всем тем израильтянам, в чьем сердце еще теплится уголек еврейства.

-----------------------------------------------------------
Примечания переводчика:
*"Илан" на иврите – "плодовое дерево".
**Имеется в виду Вагнер 

5.02.2004


Перевод Ш.Бродской

(Моше Фейглин – лидер движения «Еврейское руководство»)
http://www.manhigut.org/russian/




  
Статьи
Фотографии
Ссылки
Наши авторы
Музы не молчат
Библиотека
Архив
Наши линки
Для печати
Поиск по сайту:

Подписка:

Наш e-mail
  

TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria