Моше Фейглин

Три лидера

После смерти раввина Овадьи Йосефа я опубликовал в Фейсбуке траурное извещение и выразил сочувствие. Многие отреагировали гневно: ведь раввин Овадья Йосеф и подчиняющаяся его указаниям партия явились звеном в цепи действий, утвердивших ословские соглашения. Меня спросили, не опубликовал ли я подобное сообщение и о Рабине? Итак, при всем напрашивающемся и необходимом различии - ответ положительный. И в официальных мероприятиях Дня памяти Рабина я собираюсь участвовать - пока остается очевидным, что я ни в чем не изменил свои позиции с того времени, как я создал движение протеста "Зо арцейну", боровшееся против политики правительства Рабина. Надо понять: когда последствия деятельности лидера превышают некую критическую массу и начинают затрагивать широкие слои общества, когда образ лидера становится неотделимой частью идентификации десятков тысяч людей, попытка отвергнуть такого лидера будет попыткой отвергнуть целый сектор израильского общества.
Сочувствие в трауре по раввину Овадье Йосефу - это в буквальном смысле сочувствие в трауре. В этом нет согласия или несогласия с его убеждениями. Я живу среди моего народа. Сотни тысяч, прибывших на его похороны, - это часть моего народа, часть моей семьи. Тот, кто не умеет в такие минуты отложить спор в сторону и просто обнять находящихся в трауре, тот никогда не сможет ни убедить общество, ни изменить его.
И в случае смерти раввина Овадьи Йосефа, и в случае смерти Рабина (не хочу ставить их в один ряд) среда, окружавшая покойного, совершает одну и ту же ошибку. В минуты утешения они затевают с утешающими спор. Когда несогласные с убеждениями лидера пытаются прийти и посочувствовать тем, кто скорбит о его утрате, в ответ на них выливают ведро помоев. Так ближайшее окружение ушедшего лидера упускает редкую возможность продвинуться в центр общества, минуя споры.
Раввин Овадья Йосеф - это второй из трех лидеров, более, чем кто-либо другой, сформировавших образ государства и израильского общества после Шестидневной войны. Первый был раввин Цви Йегуда Кук (да будет благословенна память праведника), сформировавший вопрос о территории Эрец Исраэль. Ему не нашлось замены, и после его смерти начался длительный процесс раскола религиозного сионизма на различные группы, каждая по-своему влияющие в лучшую сторону на израильское общество.
Вторым был раввин Овадья Йосеф, в значительной степени занимавшийся социальными вопросами. Его уход, разумеется, приведет к подобному процессу раскола среди тех слоев общества, которые видели в нем бесспорного лидера.
Третий лидер - это бывший председатель Верховного суда Аарон Барак, диктовавший, к нашему несчастью, моральные принципы, которыми руководствуется государство Израиль. Барак еще жив, но его идеи теряют силы и "уходят". Барак - лидер относительно малой части общества по сравнению с двумя предыдущими, но он сумел использовать свою силу лучше них.
Уход старых лидеров делает государство Израиль открытым для новой общественной реальности. Их роль обязывала к обострению и отделению и сейчас этот период подходит к концу. Границы различных социальных секторов все более и более затушевываются. Знакомые оси разделенич: "правые" и "левые", "религиозные" и "светские" - теряют свою релевантность. Уход лидеров открывает дверь в новую эпоху.
Знает ли ребенок из кибуца Гиват-хаим-меухад или кибуца Гиват-хаим-ихуд и сможет ли объяснить, в чем корень разногласий, приведших к расколу? Наши внуки не смогут уже объяснить в чем была разница между "вязаными кипами" и харедим. Когда слушаешь радио, то возникает впечатление, что и разделение на религиозных и светских скоро исчезнет. Дай Бог! Перевел Яков Халфин, МАОФ

"Макор ришон" 11.10.2013

  
Статьи
Фотографии
Ссылки
Наши авторы
Музы не молчат
Библиотека
Архив
Наши линки
Для печати
Поиск по сайту:

Подписка:

Наш e-mail
  

TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria