Шошана Бродская

О бедном БАГАЦе замолвите слово

БАГАЦ сейчас не ругает только ленивый. Особенно среди правых, особенно среди "русских". Во всем он виноват: и нелегалов в страну запустил, и "интифаду" очередную развязал своим попустительством, и сейчас блокирует действия правительства по стабилизации обстановки. Если бы, дескать, не БАГАЦ, то мы бы всем как вдарили – только пух и перья из хвоста бы посыпались. И никто не задается вопросом, откуда у БАГАЦа полномочия отменять решения правительства и чем вообще эта структура должна заниматься?

Что такое БАГАЦ?

БАГАЦ ("бейт-дин гавоа ле-цедек", "Высший суд справедливости") – это одна из функций израильского Верховного суда. Вообще-то Верховный суд занимается обсуждением апелляций, поданных на решения областных судов, и вынесением окончательных решений по этим вопросам. При этом решение Верховного суда является прецедентным для всех судов более низкого уровня, хотя сам себе Верховный суд прецедентов не создает. Но кроме этого, Верховный суд имеет право рассматривать прямые апелляции граждан и общественных организаций против действий правительства и государственных структур (министерств, армии и пр.), и это та его функция, которая называется БАГАЦ. Предполагается, что Верховный суд в этой его ипостаси является инструментом защиты граждан от произвола государственной машины.

В Базовом законе "О судопроизводстве" (1984 г.) о полномочиях БАГАЦ сказано: "Заседая в этой роли, [Верховный суд] будет обсуждать темы, в которых он видит необходимость поддержать справедливость, и которые не находятся в компетенции любого другого судебного органа". В частности, БАГАЦ имеет право выносить решение об освобождении незаконно заключенных или задержанных, требовать каких-то действий или отказа от действий государственных или муниципальных органов в соответствии с законом, определять границу законных полномочий тех или иных органов и пр. Иными словами, есть закон, и есть факт, что чиновники на местах не всегда хорошо его знают; а даже если знают, зачастую игнорируют по каким-то причинам, кажущимся им важными. И вот тут-то гражданин, права которого оказались ущемлены, может найти справедливость в БАГАЦе. Казалось бы – как мудро, как логично!

Все это было так до начала 70-х годов. В 1970-м году тогдашний глава Верховного суда судья Шимон Агранат постановил, что отныне "гражданин, пришедший с жалобой на решение или действие властей, не обязан более доказывать, в отношении этого дела, что это решение или действие ущемляет его права". Это была тихая революция, но ее никто не заметил. Почему революция? Потому что данное решение фактически давало БАГАЦу полномочия "конституционного суда", при отсутствии Конституции и при отсутствии в существующем законодательстве каких-либо намеков на такие полномочия Верховного суда.

В государствах, имеющих Конституцию, она является Основным законом, которому не может противоречить ни один закон, принимаемый законодательным органом; специальный Конституционный суд проверяет правильность и законность постановлений правительства и действий государственных институтов безотносительно к жалобам конкретных пострадавших, и в случае несоответствия или нарушения налагает запрет или отменяет решение, если оно противоречит Конституции.

Однако в Израиле нет Основного закона. Есть серия "базовых законов" ("хукей а-есод"; этот термин иногда неправильно переводится на русский язык как "основные законы", хотя он определяет не приоритетность, а исходность данных законов), которые, как предполагали законодатели, могут в перспективе быть взяты за основу будущей израильской Конституции. А пока Конституции нет, "базовые законы" не имеют законодательного приоритета перед всеми прочими, кроме некоторых из них, которые содержат специальные "защищенные" пункты. Если новопринятый закон противоречит "базовому закону" в той области, которая подходит под "защищенный" пункт, то новый закон может быть принят только абсолютным большинством Кнессета (61 голос). Но нету такого, чтобы вообще не мог быть принят закон, вступающий в конфликт с "базовым законом". Нет и никакой разницы в условиях принятия обычных или "базовых" законов.

Постановление Аграната создало ситуацию, при которой любое юридическое лицо, даже не имеющее израильского гражданства (после Шестидневной войны полномочия БАГАЦа распространились на все захваченные территории и их жителей), могло оспорить любой закон, принятый парламентом, и любое действие государственных структур (например, армии и полиции), даже если это действие не имеет к подателю жалобы никакого отношения. Это дало возможность возникновению и процветанию таких организаций, как "Шалом ахшав" (1978), "Новый израильский фонд" (1979, возник в США), "Бэцелем" (1989), "Махсом уотч" (2001), "Еш дин" (2005) и других. Эти организации подавали и подают на правительство и местные власти в суд даже в ситуациях, когда "пострадавших от произвола властей" нет и быть не может – как, например, в "деле Маале Рехавам" (май 2014 г.), когда по постановлению БАГАЦа было разрушено 7 домов, выступающих за границу поселения, притом что окрестности поселения – гористая пустыня, в которой арабы не живут, и земли никому не принадлежат.

Единственное право "конституционного суда", которого постановление все-таки не дало БАГАЦу – это право инициировать судебное обсуждение законов самостоятельно. Для начала разбирательства в БАГАЦе и тогда, и сейчас требуется хоть чья-ниудь жалоба. Но судя по тому, насколько просто инициировать жалобу (от чьего угодно имени), эта формальность тоже скоро будет забыта.

Почему этот переворот стал возможным именно в 1970-м году?

Похоже, что это связано с внешне-политической ситуацией, в которой оказался Израиль, и с идеологическим кризисом, который начался после Шестидневной войны и усилился после Войны Судного дня.

Шестидневная война принесла Израилю Иудею и Самарию – колыбель еврейского народа и еврейской государственности, объединение Иерусалима и Храмовую гору. После первой эйфории, шофара рава Горена и слез парашютистов у Котеля, постепенно в сознание людей стал проникать вопрос: а что нам со всем этим делать? Признать, что пришел Машиах, и строить государство Галахи? Отказаться от религиозного значения этих объектов и открыть на Храмовой горе ресторанчик "Небесные врата"? Второе было дико даже для ультра-светских мапайников. Первое было не менее дико, для большинства израильтян. Так зачем же нам эти земли? Только ради укрепления безопасности? Тоже дико!

Подливал масла в огонь и тот факт, что и безопасности-то эти завоевания не принесли. Почти сразу после завершения Шестидневной войны началась "война на истощение" с Египтом. Это было как удар ниже пояса, сравнимо разве что с историей из хроники Исхода – нападением кочевого народца амалекитян на евреев, для которых только что расступилось Красное море и которых вел в огненном столпе сам Всевышний.

Евреи никогда не любили воевать, и вечная мечта израильтян - так называемая "последняя война", после которой соседние страны согласятся жить с нами в добром соседстве: ходить в гости, приглашать на фестивали, совместно развивать экономику и т. п. После Шестидневной войны, казалось бы, эта мечта сбылась – армии всех соседних стран были рагромлены наголову! Но пришло буквально несколько недель, и военные действия, хотя и ограниченной интенсивности, начались снова. После недолгой эйфории это был шок. Оказывается, войне конца не видно!

Израиль предпринимал более или менее эффективные контр-действия на египетском фронте и против арафатовских террористов, действующих с территории Иордании, но люди там гибли, и нервы у руководства постепенно сдавали. И когда в 1970-м году при посредничестве США удалось подписать с Египтом договор о прекращении огня, Израиль схватился за это "заступничество" США, как за спасительную соломинку. Это был переломный пункт.

До сих пор у правящих кругов был подход – брать на себя ответственность за судьбу страны. С этого момента появилась тенденция сваливать с себя ответственность.

Вопрос только – на кого?

США были тогда единственным поставщиком оружия для Израиля. Наша разведка отлично видела, что египтяне не соблюдают условия договора и разворачивают свои зенитные установки вплотную к Суэцкому каналу (тогдашняя линия прекращения огня), но уверения США, подкрепленные кредитами на 500 млн. долларов для оплаты поставок американского оружия, затмили логику. Через 3 года именно эти зенитки приведут к серьезным потерям в израильской авиации, охраняющей юг Синая, и обеспечат беспрепятственное наступление египетской армии в начале Войны Судного дня. Но процесс потери собственного идеологического стержня и его замену ориентацией на "большого брата" это уже не остановит.

Дальнейшее развитие событий было только делом инерции. Локомотив под названием "мирный процесс" был снят с тормозов и начал движение с ускорением под очень маленьким уклоном. Прошли десятки лет, пока его движение в пропасть стало заметно невооруженным глазом.

Какое отношение все это имеет к Верховному суду? Самое прямое. Верховный суд – единственная государственная структура, которая никому не подчиняется и никому не подотчетна. Это идеальный орган для снятия ответственности с подотчетных структур – парламента и правительства. В ситуации, когда выборные законодательные и исполнительные органы откровенно и раз за разом нарушают волю своих избирателей, когда их деятельность не имеет твердого национально- ориентированного стержня и носит волюнтаристский характер, и невозможно предугадать, к каким последствиям приведет – им нужно иметь возможность спрятаться за спину авторитетной и неподотчетной структуры, которая "разберется" и решение которой невозможно будет оспорить. Другое дело, что, поскольку львиная доля членов этой структуры – светские либералы, идеологическую направленность ее решений нетрудно предугадать.

Несколько фактов

В 70-е годы "судебный активизм" БАГАЦа почти не проявлялся. В 80-е годы суд уже отменял административные решения властей, если приходил к выводу, что они "страдают крайней неразумностью" ("хосер свирут кицонит", формулировка в одном из решений). Тогда же впервые начали приниматься иски от общественных ("правозащитных") организаций.

В начале 90-х, после принятия Базового закона о достоинстве и свободе человека и Базового закона о свободе занятости, Верховный суд во главе с Аароном Бараком провозглашает "революцию в законодательстве" ("маапеха хукатит"), согласно которой отныне БАГАЦ может отменить любое решение парламента и правительства, если оно противоречит одному из этих двух Базовых законов, объявленных самим же БАГАЦем "конституционными" (все эти заявления прозвучали от судей, а не от законодателей! Многие высокопоставленные юристы, в том числе отставные судьи самого БАГАЦа, называли их тогда необоснованными и по меньшей мере странными). В 90-х годах БАГАЦ отменяет 2 закона Кнессета, в следующем десятилетии – 4 закона, и наконец за прошедшие неполные 5 лет нынешнего десятилетия отменены уже 6 законов. Причем, за это время БАГАЦ запретил вещание "7-го канала" (нарушение свободы слова!), легализовал "план размежевания" (нарушение права на собственность, на свободу передвижения, личную свободу, неприкосновенность частной жизни и пр. – почти всех статей Базового закона о достоинстве и свободе, который сам же БАГАЦ назвал "конституционным" и придал ему высшую ценность!), отменил обе версии закона о нелегалах (встав против правительства на защиту лиц, не являющихся ни гражданами страны, ни законными резидентами, ни жителями оккупированных территорий). При этом БАГАЦ раз за разом разрешает баллотироваться в Кнессет лицам, отрицающим еврейский характер государства Израиль и его целостность (что противоречит Декларации независимости и Базовому закону о достоинстве и свободе), хотя еще в 1965-м году Верховный суд запретил баллотироваться целой арабской партии, которая выражала такие идеи ("дело Ярдора").

Из приведенных фактов очевидно, что судебный активизм БАГАЦа нарастает, как снежный ком, параллельно с нарастанием коллапса законодательной и исполнительной власти. Если угодно, БАГАЦ заполняет вакуум власти. Можно ли его в этом обвинять? Кто виновен в этом на самом деле?

Все призывы "обуздать БАГАЦ", "поставить его на место", превратить в выборный орган, подчинить народным избранникам и пр. – беспочвенны и наивны. Некоторые из них даже опасны, потому что покушаются на независимость последней инстанции, в которой гражданин еще может найти управу (теоретически) на потерявшие все ориентиры государственные институты. Эти призывы похожи на кусание палки, при том что игнорируется рука, которая ее держит. Ведь упомянутые действия и декларации БАГАЦа, начиная с заявления Аграната, не имеют никакого источника в законе (а следовательно, и силы) и могут быть просто проигнорированы законодательными или исполнительными органами. Но эти органы раз за разом выбирают покорно склонить голову, признавая главенство Верховного суда над выборными органами власти. Единственное, чем это можно объяснить – это желанием снять с себя ответственность любой ценой.

Объяснить, но не оправдать.

"Новости недели", 11.2015





TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.

Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria