Ася Энтова

Часть 1. Непараллельный ответ

Как Фейглин пытался поставить вопрос в Кнессете и попал на Храмовую гору


На этой неделе не удалось провести в Кнессете обсуждение положения на Храмовой горе. Оно было инициировано зам.председателя Кнессета, депутатом от Ликуда Моше Фейглиным и касалось реализации израильского суверенитета в этом важном для всех евреев месте. Пока что обсуждение отложено на неделю, и будем надеяться, что вопрос о Храмовой горе, наконец, будет обсуждаться не в какой-либо специальной комиссии, а на общем, пленарном заседании Кнессета.

Комиссия по внутренним делам, например, уже неоднократно обсуждала дискриминационные порядки, принятые полицией, которая ограничивает доступ туда именно евреям и запрещает им проносить с собой израильские флаги и "предметы культа", запрещает молиться даже про себя и т.д. и т.п. Такие запреты полиции не имеют под собой никаких законных оснований и сводятся к ссылке на невозможность другим образом обеспечить "общественное спокойствие" и удовлетворить Вакф. Мусульманский Вакф, де-факто управляющий Храмовой горой, в свою очередь пытается уменьшить и без того небольшой ручеек еврейских посетителей и провоцирует скандалы и арабские бесчинства. В данном случае при обсуждении в Кнессете главным является даже не явная дискриминация еврейских граждан, а принципиальный вопрос: кому принадлежит Храмовая гора? Действительно ли она "в наших руках" или не дожидаясь конца переговоров и формального утверждения соглашений, ее уже тихой сапой отобрали у еврейского государства и передали Иордании, как это утверждают высокопоставленные представители ПА и министры короля Абдаллы.

Стоило только попытаться поднять вопрос о Храмовой горе в Кнессете, как иорданские дипломаты приравняли это чуть ли не к объявлению войны. Впрочем, они и ранее возражали против присутствия там израильской полиции, видеокамер и других признаков еврейской власти.

Почему так важно поднять вопрос о Храмовой горе именно теперь? Может быть, наоборот, именно сейчас стоит проявить сдержанность? Ведь на карту поставлено будущее страны, которое Керри пытается поставить под угрозу своими "рамочными соглашениями".

Что мы можем противопоставить Керри? В случае срыва переговоров нас пугают бойкотами и прочими неприятностями. В случае подписания соглашения с ПА неприятности не надо даже предсказывать - мы их вдоволь навидались за 20 лет "процесса Осло", а то, что нам грозит, может быть намного хуже. В такой ситуации важно найти непараллельный ответ - играть, с одной стороны, не нарушая навязываемых правил, но, с другой, не следуя навязываемой нам логике.

Вы хотите переговоров? Биби не может (или не хочет) противиться американскому давлению? Но вопрос о Храмовой горе грозит быть решен не в нашу пользу еще до всякого обсуждения. С другой стороны, трудно придраться к выдвинутой в Кнессете инициативе, которая звучит как предложение премьер-министру "воплотить израильский суверенитет на Храмовой горе, прекратить там дискриминацию, и позволить каждому подниматься на Храмовую гору через любые ворота независимо от религии, расы, пола и национальности - в полном соответствии с основными законами Израиля".

Важно, чтобы Кнессет утвердил данную резолюцию, но даже если этого пока не произойдет и израильские власти не прекратят дискриминацию евреев на самом святом для нас месте, принципиальное значение будет иметь сама постановка этого вопроса на голосование. Такое обсуждение будет означать право израильской власти решать этот вопрос и подтвердит израильский суверенитет в сердце Иерусалима. Именно это право пытается узурпировать Абу Мазен, когда заявляет, что он "разрешает евреям молиться у Стены плача". Такое утверждение наших прав скорее сорвет переговоры, чем уловка (если это действительно была уловка) с передачей евреев, живущих в Иудее и Самарии, под власть Абу Мазена. В случае с Храмовой горой мы естественным образом апеллируем к нашему праву, акцентируя внимание не на нем, а на равенстве. Предложение же оставить евреев на произвол Абу Мазена, чтобы показать всему миру его антиеврейскую сущность, кроме глубокой моральной ущербности страдает еще и полной нелогичностью. Если Абу Мазен не соблюдает минимальных правил и приличий и требует "юденфрай", то как с ним можно вообще иметь дело? А ведь мы сами согласились с ним "переговариваться".

Вопрос о Храмовой горе в Кнессете демонстрирует правила "ближневосточного базара" и в отношении Фейглина лично. После годового перерыва сегодня Фейглин, наконец, смог вновь подняться на Храмовую гору. До своего избрания в Кнессет Фейглин регулярно (раз в месяц) поднимался туда. Он ходил с группой, соблюдая все накладываемые на евреев ограничения, и давал желающим исторические пояснения. После того, как Фейглин стал депутатом, он попытался воспользоваться своей депутатской неприкосновенностью и пройти к "Куполу Скалы" (или "Золотому куполу"), куда не пускают обычные еврейские группы. "Купол скалы", в отличие от мечети Аль-Акса, не является мечетью, и арабы позволяют посещать его не мусульманам, например, туристам-неевреям. Но в визите депутата-еврея мусульмане усмотрели угрозу своей власти на Храмовой горе и не замедлили устроить беспорядки. Под их давлением израильская полиция под различными предлогами перекрыла Фейглину доступ к святому месту.

Такой запрет не имел под собой никаких законных оснований. Фейглин поднимал вопрос об этом в комиссии Кнессета по внутренним делам и доказал высшим представителям МВД, что это не только нарушение его прав обычного гражданина, но и вопиющее ограничение прав депутата. Он посылал депутатские запросы, обращался лично к премьер-министру, но до сих пор все было тщетно. Сейчас, когда он потребовал гораздо большего, он, наконец, получил свое.

Может пора вспомнить в Кнессете о еврейской земле и по ту сторону Иордана?

20.02.2014

Храмовая гора. Часть 2.

Что предотвратит бунт - синдром жертвы или чувство хозяина?

Обсуждение в Кнессете Храмовой горы не провокация, а, наоборот, лучший путь к прекращению провокаций

Вчера на пленарном заседании Кнессета прошло обсуждение положения на Храмовой горе, инициированное зам.председателя Кнессета, депутатом от Ликуда Моше Фейглиным. Оно касалось реализации израильского суверенитета и прекращения дискриминации в этом важном для всех евреев месте.

Стоило только попытаться поднять вопрос о Храмовой горе в Кнессете, как иорданские власти приравняли это чуть ли не к объявлению войны. Впрочем, они и ранее возражали против присутствия там израильской полиции, видеокамер и других признаков еврейской власти. Не отстали от них и израильские арабы, которые устроили вчера беспорядки и бросали камни в полицейских.
Почему так важно было поднять вопрос о Храмовой горе именно теперь? Может быть, наоборот, сейчас, во время переговоров с ПА, стоит проявить сдержанность и, как предлагает Керри, отступать и уступать?
В случае срыва переговоров нас пугают бойкотами и прочими возможными неприятностями. В случае уступок - неприятности не надо даже предсказывать. Мы их вдоволь навидались за 20 лет "отступления Осло", а то, что нам грозит при согласии на условия "рамочных соглашений" Керри, может быть намного хуже.

Депутаты от коалиции в своих выступлениях подчеркивали важное место, которое занимает Храмовая гора. Для израильтян она представляет не только главный религиозный и исторический памятник, но и важный национальный символ. Слова "Храмовая гора в наших руках" - это в первую очередь память о нашей блистательной военной победе в Шестидневной войне, об объединении нашей столицы - Иерусалима. Это символ того, что мы сами себе хозяева и наша жизнь и судьба находятся в наших собственных руках. Подчеркнем, что требования правых были самые умеренные - равенство, выполнение закона и прекращение дискриминации.
Даже ультралевые не посмели прямо ратовать за дискриминацию евреев, поэтому их выступления сводились к одному - права, конечно, есть, но настаивать на равенстве для евреев - это "провокация". Арабские депутаты бойкотировали обсуждение, но леваки как будто подрядились сделать за них всю работу. Еврейские депутаты от левых партий подробно объясняли, как чувствительное арабское сердце задевают равные права для евреев. Их слова излучали галутный страх - еврей может только бояться и уступать, иначе ему конец.

Обсуждение прошло, и арабом пришлось смириться с этим фактом. Таким образом, страх левых не имел под собой оснований. Арабы смиряются перед твердой властью, зато смелеют, почуяв слабость и нерешительность. Уже не в первый раз леваки грозят Израилю "третьей интифадой", но арабы к ней сегодня совершенно не готовы, иначе они развернули бы ее, не дожидаясь очередной подсказки левых. Для арабов не существует статус-кво, они все время пробуют, нельзя ли нарушить его в свою пользу, и смиряются только наткнувшись на сопротивление. Вспомним, как в конце 80-х - начале 90-х захлебнулся арабский бунт, красиво названный ими "первая интифада", потому что Израиль тогда не собирался уступать. Наша алия уже практически этот бунт не застала, зато мы своими глазами видели как поднялся арабский террор вместе с началом уступок по договору Осло. Сегодня, когда мы сильны, не нужно даже строить "Железную стену" Жаботинского. Достаточно продемонстрировать, что мы не собираемся ее ломать.

Вчерашнее обсуждение в Кнессете имело принципиальное значение. Оно подтвердило право израильской власти решать, кого и как пускать на Храмовую гору, и продемонстрировало израильский суверенитет в сердце Иерусалима. Если что и может предотвратить очередной арабский бунт, то это именно смена виктимного поведения (поведения боящейся жертвы) на ясную демонстрацию того, кто здесь хозяин.

26.02.2014

  • Другие статьи Аси Энтовой


  •   
    Статьи
    Фотографии
    Ссылки
    Наши авторы
    Музы не молчат
    Библиотека
    Архив
    Наши линки
    Для печати
    Поиск по сайту:

    Подписка:

    Наш e-mail
      

    TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


    Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria